Доярка с пятым размером: история объявлений, смеха и перемен
Марина, молодая доярка из деревни Новосёлово, всегда считалась первой красавицей на селе. Высокая, статная, с густой русой косой и формами, от которых у мужиков сено из рук выпадало. Её прозвище — «доярка с пятым размером» — давно закрепилось за ней, хоть сама Марина и морщилась каждый раз, когда слышала его от местных бабок. Но отрицать очевидное было невозможно: природа щедро наградила девушку, и именно из-за этого у неё то и дело возникали курьёзные ситуации.
Однажды, возвращаясь с фермы по центральной улице, Марина заметила странное объявление, приклеенное на телеграфный столб у клуба:
— «Лишение девственности — 5000 рублей. Обращаться к Петровичу».
Она остановилась, перечитала трижды, потом прыснула со смеху. В деревне скучно — любое необычное событие становилось поводом для разговоров на неделю. А тут — такое!
«И что за Петрович? — подумала Марина. — У нас их в деревне трое. Один — председатель, пузатый и вечно с бумагами. Второй — тракторист, борода в солярке. А третий — сторож у фермы, вечно дремлет на табуретке… Интересно, какой из них решился на подобную рекламу?»
Любопытство зачесалось в груди, как комар в июльскую ночь. Марина ещё немного постояла у столба, притопнула ногой и вдруг решила: «А почему бы не узнать? Развлечение хоть какое-то».
На следующий день она нарядилась — короткая юбка, яркая блузка, косу расплела. Постучалась к дому, где жил Петрович-тракторист.
— Кто там? — раздалось из-за двери.
— Это я, Марина, доярка!
Дверь открылся, и из сеней показался бородатый Петрович. Увидев девушку в таком виде, он аж крякнул.
— Маринка, ты чего так нарядилась? На танцы собралась?
— Нет, — кокетливо сказала она. — По объявлению пришла.
Петрович заморгал.
— По какому ещё объявлению?
— На столбе написано. Пять тысяч.
Тракторист расхохотался:
— Да это не я! У меня жена — командир, мне бы за такое объявление голову открутили.
Марина смутилась, но внутри загорелось ещё большее любопытство. Она отправилась к другому Петровичу — сторожу на ферме.
Тот сидел у ворот, клевал носом.
— Дядь Петь, — обратилась Марина, — это вы объявление повесили?
Старик очнулся, почесал затылок и хмыкнул:
— Доча, я уж лет двадцать как в отставке по этой части. Мне теперь только корову подоить да подремать. Это не ко мне.
Марина вздохнула. Оставался последний — председатель. Человек серьёзный, строгий, всегда при галстуке. Трудно было поверить, что он мог написать такое, но вариантов больше не оставалось.
Она набралась смелости и вечером пришла к нему домой. Постучала. Дверь открыл сам Петрович-председатель. Взгляд его сразу упал на короткую юбку Марины.
— Марина? Что случилось?
— Я по объявлению, — честно сказала она, опустив глаза.
Председатель покраснел, закашлялся.
— Ах, вот оно что… Ну, проходи.
Внутри дома пахло свежим хлебом и крепким самоварным чаем. Председатель усадил её на диван, сам присел напротив.
— Значит, ты видела объявление? — уточнил он.
— Видела. На столбе у клуба.
Он снял очки, протёр их платком, потом тяжело вздохнул.
— Это всё местные пацаны. Решили пошутить. Я ни при чём, честное слово.
Марина уставилась на него, пытаясь понять: врёт или говорит правду. Но по глазам было видно — смущение настоящее.
И вдруг она сама засмеялась. Смех её был звонкий, как колокольчик, и заразительный. Председатель тоже не выдержал, заулыбался.
— Вот молодёжь, — сказал он. — Хоть бы книжки читали, а не ерундой занимались.
Марина кивнула. Но мысль о том, что её приход стал неожиданным приключением, грела душу. В деревне редко выпадали поводы для смеха и лёгкого флирта.
С того дня слухи пошли по селу. «Маринка к Петровичу ходила!» — перешёптывались бабки. Каждый приукрашивал историю по-своему: кто говорил, что она всерьёз пришла платить, кто уверял, что между ними завязался роман.
Марина слушала всё это с хитрой улыбкой. Ей нравилось, что о ней говорят. А самое главное — она убедилась: иногда даже дурацкое объявление на столбе может превратиться в целую историю, полную смеха, неожиданных встреч и лёгкого кокетства.
А настоящего автора того объявления так и не нашли. Может, пацаны-шутники, а может, кто-то ещё. Но для Марины это уже не имело значения. Она поняла, что сама управляет своей жизнью и может обернуть даже глупость в приключение.
И когда очередной раз шла мимо столба, она улыбнулась и сказала сама себе:
— Ну что, доярка с пятым размером, готовься к новым историям.
…строгий, всегда при галстуке. Трудно было поверить, что он мог написать такое, но вариантов больше не оставалось.
Она набралась смелости и вечером пришла к нему домой. Постучала. Дверь открыл сам Петрович-председатель. Взгляд его сразу упал на короткую юбку Марины.
— Марина? Что случилось?
— Я по объявлению, — честно сказала она, опустив глаза.
Председатель покраснел, закашлялся.
— Ах, вот оно что… Ну, проходи.
Внутри дома пахло свежим хлебом и крепким самоварным чаем. Председатель усадил её на диван, сам присел напротив.
— Значит, ты видела объявление? — уточнил он.
— Видела. На столбе у клуба.
Он снял очки, протёр их платком, потом тяжело вздохнул.
— Это всё местные пацаны. Решили пошутить. Я ни при чём, честное слово.
Марина уставилась на него, пытаясь понять: врёт или говорит правду. Но по глазам было видно — смущение настоящее.
И вдруг она сама засмеялась. Смех её был звонкий, как колокольчик, и заразительный. Председатель тоже не выдержал, заулыбался.
— Вот молодёжь, — сказал он. — Хоть бы книжки читали, а не ерундой занимались.
Марина кивнула. Но мысль о том, что её приход стал неожиданным приключением, грела душу. В деревне редко выпадали поводы для смеха и лёгкого флирта.
С того дня слухи пошли по селу. «Маринка к Петровичу ходила!» — перешёптывались бабки. Каждый приукрашивал историю по-своему: кто говорил, что она всерьёз пришла платить, кто уверял, что между ними завязался роман.
Марина слушала всё это с хитрой улыбкой. Ей нравилось, что о ней говорят. А самое главное — она убедилась: иногда даже дурацкое объявление на столбе может превратиться в целую историю, полную смеха, неожиданных встреч и лёгкого кокетства.
А настоящего автора того объявления так и не нашли. Может, пацаны-шутники, а может, кто-то ещё. Но для Марины это уже не имело значения. Она поняла, что сама управляет своей жизнью и может обернуть даже глупость в приключение.
Прошла неделя. Казалось бы, история должна была забыться, но нет — жизнь в деревне умела вытягивать из мелочей целые легенды. Теперь Марину поддразнивали даже дети, а мужики при встрече подмигивали. Её это не злило — наоборот, она ловила отголоски внимания и понимала: стала героиней местных пересудов.
Но однажды вечером её ждал новый сюрприз: на том же столбе появилось второе объявление. На этот раз — аккуратным почерком, на белом листке.
— «Желающие узнать правду про Петровича и девственность — приходите завтра в клуб. Вход бесплатный».
Марина ахнула. Ей стало интересно, кто же решился на продолжение этой истории.
На следующий день клуб был полон. Пришли все: от стариков до ребятишек. Сцена была украшена старыми занавесками, а посередине стоял стол с микрофоном. И вот на сцену вышел… сельский учитель литературы, худой и вечно задумчивый.
— Дорогие жители, — начал он торжественно. — Сегодня мы разберём, как одно нелепое объявление стало социальным явлением.
Зал разразился смехом.
Учитель разложил бумаги и начал читать доклад, где философски рассуждал о свободе слова, женской красоте и сельских традициях. Примеры он, конечно, приводил из истории с Мариной. Та сидела в первом ряду и то краснела, то улыбалась.
Кульминацией вечера стало то, что сам настоящий автор объявления так и не объявился. Кто-то крикнул: «Это всё проделки деда Кондрата!» Другой добавил: «Да нет, это наш участковый шутит!»
Смех не утихал до самой ночи.
Марина, возвращаясь домой под луной, чувствовала лёгкость. Ей нравилось, что теперь она стала центром внимания, но не как объект сплетен, а как героиня смешной и доброй истории.
И в ту ночь ей приснилось, что новые объявления будут появляться снова и снова, а каждый из них станет началом удивительных приключений, где она всегда будет играть первую роль.
На следующий день Марина проснулась с чувством, будто всё это была шутка, но стоило ей выйти во двор — она заметила у забора соседку Авдотью. Та улыбалась своей беззубой улыбкой и многозначительно сказала:
— Ну что, артистка, теперь ты у нас прямо как клубная звезда. Вчера-то зал гремел, будто свадьба!
Марина вспыхнула, но спорить не стала. Деревня жила слухами, и иногда проще было улыбнуться, чем оправдываться. Она знала: чем больше будет возмущаться, тем крепче эти разговоры закрепятся.
Прошло несколько дней, и в деревне снова появился новый листок. На этот раз на калитке магазина висело объявление:
— «Марина приглашает всех желающих на открытый урок по доению коров. Вход — 100 рублей».
Женщина аж руками всплеснула:
— Да что ж это делается!
Мужики, увидев объявление, смеялись до слёз: «Ну всё, теперь и мастер-класс у нас есть!» Дети носились по улице и выкрикивали: «Марина, научи корову доить!»
Она сначала хотела сорвать листовку, но потом передумала. А что, если действительно провести такой урок? Коровы у неё послушные, хозяйство в порядке. Может, получится обернуть дурацкую ситуацию себе на пользу.
И вот в воскресенье Марина пригласила всех желающих во двор. Пришло человек двадцать. Женщины — с любопытством, мужики — больше ради смеха. Даже сам председатель заглянул, притворяясь серьёзным.
Марина вывела корову Зорьку, поставила ведро и начала показывать, как правильно садиться, как держать вымя, как настраивать животное на спокойный лад.
Вскоре смех стих. Все с интересом слушали. Женщины даже записывали в блокнотики.
— Вот видите, — сказала Марина с лёгкой гордостью, — доить — это целое искусство. Тут не только руки, тут и сердце нужно.
Мужики переглянулись и зааплодировали. В тот день Марина впервые почувствовала, что над ней уже не смеются — её уважают.
Но история с объявлениями не закончилась. На следующее утро возле сельсовета висел новый лист:
— «Марина ищет жениха. Требования: трудолюбие, чувство юмора, любовь к коровам».
Она чуть не упала от возмущения.
— Да кто же это издевается надо мной?
Теперь вокруг неё начали толпиться холостяки. Даже те, кто раньше стеснялся к ней подойти, вдруг решили попытать счастья.
Первым был Гришка-сапожник. Худой, долговязый, но с глазами, горящими энтузиазмом. Он явился с букетом полевых ромашек.
— Марин, я, конечно, не фермер, но шить сапоги умею. Без обуви ведь тоже нельзя. Возьми меня в мужья.
Марина рассмеялась, но отказала мягко.
Через день пришёл другой — Сергей, молодой механик. Принёс блестящую гаечную ключ-тридцатку и сказал:
— Вот, если что-то сломается — всегда починю.
Марина снова улыбнулась, но отправила его с миром.
Каждый визит был всё комичнее, и деревня гудела, как улей.
Однажды вечером, когда Марина возвращалась с фермы, её догнал председатель Петрович. Он долго шёл рядом молча, а потом сказал:
— Знаешь, Марина, вся эта история с объявлениями… Она ведь не случайна. Кто-то явно хочет привлечь внимание к тебе. И, похоже, это работает.
— Мне-то зачем это? — вздохнула она. — Только разговоров прибавилось.
— А может, это шанс? — мягко ответил Петрович.
Он посмотрел на неё с таким вниманием, что у Марины закололо в груди.
Через пару недель выяснилось: автором всех листовок был школьник Колька, сын соседки Авдотьин. Он признался под давлением, когда учитель литературы устроил допрос с пристрастием.
— Я просто хотел, чтобы в деревне весело было, — оправдывался он. — А то скука смертная!
Все сначала хотели отругать мальчишку, но потом махнули рукой: и правда, сколько радости и событий он принёс!
Марина же неожиданно для себя поняла: эти дурацкие бумажки подарили ей не только смех и внимание, но и что-то большее — ощущение, что жизнь можно менять даже из мелочей.
На осенней ярмарке в районном центре Марину впервые пригласили участвовать как «местную знаменитость». Её представили: «Доярка с пятым размером, покорившая сердца односельчан и прославившая Новосёлово».
Она покраснела, но вышла на сцену. Толпа аплодировала. А в первом ряду сидел Петрович, председатель, и смотрел на неё с тем же вниманием, от которого у неё подкашивались ноги.
В тот момент Марина поняла: смешное объявление на столбе стало началом новой главы её жизни.
И, может быть, когда-нибудь именно Петрович напишет для неё самое главное объявление — всего из двух слов: «Выходи замуж».