Квартиру мы вам, конечно, дарим, но жить будем вместе

«Квартиру мы вам, конечно, дарим, но жить будем вместе»

Наталья всегда любила осень. В это время года город будто сбрасывал маску суеты и позволял людям дышать глубже. Вечерний воздух был прохладным, пах мокрыми листьями и свежим асфальтом. Огни витрин отражались в лужах, словно разбросанные по земле звёзды.

— Ты уверена, что это действительно хорошая идея? — Наталья замедлила шаг и посмотрела на Марка. В её голосе не было упрёка — только осторожное сомнение.

Марк шёл рядом, засунув руки в карманы пальто. Он выглядел расслабленным, почти довольным.

— А что здесь может быть плохого? — ответил он, не останавливаясь. — Просторная трёхкомнатная квартира, хороший район, метро рядом. Нам даже мебель покупать почти не придётся.

Наталья остановилась совсем.

— Марк. Мы женаты две недели. Две. И теперь будем жить с твоими родителями.

Он вздохнул и повернулся к ней, будто заранее знал, что этот разговор неизбежен.

— Наташ, они просто хотят помочь. Ты же понимаешь: сейчас с деньгами у всех непросто. А так — не нужно платить аренду, коммуналку. Да и вообще, семья должна держаться вместе.

Слово «семья» прозвучало слишком весомо, будто закрывало любые возражения.

— Когда они на свадьбе сказали, что дарят нам квартиру, — тихо сказала Наталья, — я думала, что это наш дом. Наш с тобой.

— Он и будет нашим, — быстро ответил Марк. — Просто… большим. На всех.

Она хотела сказать ещё что-то, но увидела в его взгляде ту самую стену. Марк уже всё решил. Разговор был не для решения, а для видимости диалога.

Новый дом

Переезд состоялся через три дня. Валерия Романовна встретила их у двери с идеально уложенными волосами и натянутой улыбкой.

— Ну вот и хорошо, — сказала она, оглядывая Наталью с ног до головы. — Теперь всё будет по-настоящему, по-семейному.

Сергей Евгеньевич пожал Марку руку и коротко кивнул Наталье. Его присутствие ощущалось, даже когда он молчал.

Квартира действительно была просторной. Светлая гостиная, большая кухня, длинный коридор. Но Наталья почти сразу почувствовала себя здесь не хозяйкой, а временной гостьей.

— Ваша комната вот эта, — сказала свекровь, открывая дверь в самую маленькую спальню. — Мы подумали, вам пока хватит.

«Пока», — отозвалось эхом в голове Натальи.

Незримые правила

Первые дни были похожи на аккуратно разыгранный спектакль. Валерия Романовна говорила ласково, но в каждом слове чувствовался контроль.

— Наташенька, ты неправильно расставляешь тарелки. У нас здесь всегда было так.

— Полы лучше мыть по утрам, пока никто не ходит.

— Сергей Евгеньевич не любит, когда шумят после семи.

Сергей Евгеньевич каждый вечер ровно в семь включал телевизор. Новости, затем сериал. В это время в квартире должен был царить покой. Даже телефонный звонок вызывал его недовольный взгляд.

Марк не замечал напряжения. Или делал вид, что не замечает.

— Мама просто привыкла к порядку, — говорил он, когда Наталья осторожно пыталась поговорить. — А папа устает на работе.

Наталья всё чаще ловила себя на мысли, что старается быть тише, меньше, незаметнее.

Чужая среди своих

Через месяц Наталья уже чувствовала постоянную усталость. Работа, дорога, дом, где любое движение оценивается. Валерия Романовна могла переставить её вещи, «чтобы было удобнее», а потом обижаться, если Наталья просила вернуть всё обратно.

— Я же старалась, — говорила она с упрёком. — А ты сразу недовольна.

С подругой Ириной Наталья встретилась как с глотком воздуха.

— Я там будто под микроскопом, — призналась она, обхватив чашку с кофе. — Я больше не понимаю, где заканчиваюсь я и начинаются их ожидания.

— А Марк? — спросила Ирина.

Наталья горько усмехнулась.

— Марк на их стороне. Всегда.

И именно тогда она случайно увидела документы на квартиру. Имена: Марк, Валерия Романовна, Сергей Евгеньевич. Её имени не было.

Это было как пощёчина. Тихая, но очень болезненная.

Трещины

С этого дня Наталья стала внимательнее. Она слышала обрывки разговоров, замечала напряжённые взгляды, странные телефонные звонки. Однажды ночью она проснулась и услышала, как свёкор тихо говорит на кухне:

— Если всё пойдёт не по плану, мы рискуем потерять квартиру.

Тогда она впервые подумала: а был ли этот «подарок» подарком?

Шанс

Предложение о командировке стало неожиданным, но желанным.

— Это серьёзный проект, — сказал начальник. — Нам нужны надёжные люди.

Полгода. Другой город. Новая жизнь — пусть временно.

Когда она рассказала Марку, его реакция убила надежду.

— Я уже поговорил с родителями, — сказал он спокойно. — Они против.

В этот момент Наталья поняла: её мнение здесь не имеет веса.

Кульминация

— Семья важнее, — сказала Валерия Романовна, появляясь на кухне, словно по сигналу. — А карьера подождёт.

— Нет, — тихо, но твёрдо сказала Наталья. — Это моя жизнь.

Впервые за долгое время она почувствовала, что говорит вслух то, что давно зрело внутри.

Первый шаг

Разговор с Виктором подтвердил её догадки. Квартира была куплена в кредит, оформлена как «семейный актив». Наталья была лишь удобной фигурой.

В тот вечер она собрала вещи.

— Я уезжаю в командировку, — сказала она Марку. — И когда вернусь, мы поговорим. По-настоящему. Если ты готов быть мужем, а не сыном.

Он молчал.

Эпилог

Осень в другом городе была другой. Холоднее. Чище. Наталья шла по незнакомой улице и впервые за долгое время чувствовала лёгкость.

Она не знала, чем всё закончится. Но точно знала одно: клетка осталась позади.

А впереди — её собственная жизнь.