Ты что удумала? Никуда ты не пойдёшь, гости ждут!

— Ты что удумала? Никуда ты не пойдёшь, гости ждут! — возмутилась свекровь, но ответ Тани её осадил

Таня возвращалась с работы уставшая, но в хорошем настроении. День выдался непростым, но продуктивным: начальник наконец одобрил проект, над которым она корпела почти месяц, а коллеги даже похвалили. Хотелось простых радостей — тишины, горячей ванны, ужина без спешки и фильма под пледом рядом с Сергеем.

Сентябрь стоял удивительно тёплый. Воздух был прозрачный, с лёгким запахом опавших листьев и далёкого дыма. Таня медленно поднималась по лестнице, наслаждаясь редким ощущением спокойствия. Сергей сегодня должен был задержаться — смена до восьми, так что квартира встретит её пустотой и тишиной.

Но уже на лестничной площадке Таня насторожилась.

За дверью слышались голоса. Громкие. Несколько. И смех. Детский.

Она остановилась, прислушалась. Нет, это точно не телевизор. Кто-то разговаривал, перебивая друг друга. Послышался топот.

«Может, соседи?» — мелькнула мысль, но сразу показалась глупой.

Таня открыла дверь.

Первое, что она увидела, — чемоданы. Большие, потрёпанные, с наклейками. Они стояли прямо в прихожей, будто кто-то только что приехал и даже не подумал убрать вещи. Рядом — сумки, пакеты, разбросанная обувь. На полу валялись детские куртки, кепки, рюкзак с оторванной лямкой.

Из кухни доносился громкий смех, звон посуды и запах жареного лука.

— Танечка! — бодро раздался знакомый голос. — Наконец-то пришла!

Из кухни вышла Валентина Ивановна.

Свекровь выглядела так, словно это была её квартира: домашний халат поверх платья, тапочки, уверенная походка. Лет шестьдесят, но бодрая, энергичная, с тем самым выражением лица, которое не терпит возражений.

— Здравствуйте… — растерянно ответила Таня. — А что… как…

— Ой, да что ты такая удивлённая! — рассмеялась Валентина Ивановна. — Решила освежить обстановку! В деревне осень — тоска смертная, дожди, грязь. Вот и подумала: навещу сынка с невесткой.

Таня медленно сняла куртку, повесила её на крючок, пытаясь осмыслить происходящее.

— А Сергей… — начала она.

— Дома, конечно! Помогает нам устроиться.

Из кухни вышла ещё одна женщина — худощавая, с короткой стрижкой, в поношенной куртке. В руках она держала кружку.

— Знакомься, — продолжила свекровь, — это моя сестра Галина. А это Танечка, жена Серёжи.

— Очень приятно, — кивнула Галина с вежливой улыбкой. — Спасибо, что приютили нас.

Слово «приютили» резануло слух.

— Приютили?.. — переспросила Таня, но договорить не успела.

Из гостиной выскочили два мальчика — лет десяти и двенадцати. Они носились по коридору, громко споря о какой-то игре.

— Мишка! Андрей! Потише! — прикрикнула Галина. — Видите, хозяйка дома пришла.

Мальчики остановились, на секунду посмотрели на Таню, буркнули «здравствуйте» и тут же снова убежали.

Таня стояла посреди прихожей, чувствуя себя лишней в собственной квартире.

— Сергей где? — наконец спросила она.

— Да в комнате. Вещи раскладывает, — ответила Валентина Ивановна. — Мы тут решили: Галина с мальчишками в гостиной устроятся, а я к вам в спальню. Там же диванчик стоит.

— В спальню?.. — у Тани пересохло в горле.

— Ну да. Диван удобный, — пожала плечами свекровь. — А что, разве неудобно?

В этот момент Таня впервые ощутила не просто раздражение, а настоящее бессилие. Её пространство — личное, выстраданное, оплачиваемое пополам с мужем — просто взяли и перераспределили без единого вопроса.

— Танюш! — раздался голос Сергея. Он вышел из комнаты с пакетами в руках. — Ты уже пришла! Видишь, какой сюрприз!

— Вижу, — холодно ответила Таня. — Можно поговорить?

— Конечно, конечно, — закивал он. — Только я сначала продукты разложу, ладно?

Он ушёл на кухню. Там снова зазвенела посуда.

Таня прошла в гостиную. Мальчики уже включили телевизор на полную громкость, разложили свои вещи на диване и кресле. На журнальном столике лежали игрушки, книжки, какие-то фантики.

— Мам, а где тут туалет? — крикнул младший.

— Спроси у тёти Тани, — ответила Галина. — Это её дом.

Мальчик подбежал к Тане, дёрнул за рукав.

— Тётя Таня, покажите туалет.

Она молча проводила его в ванную. Посмотрела на раковину — на ней уже лежали чужие щётки, кремы, расчёска. На крючке висело полотенце, которого утром ещё не было.

Возвращаясь на кухню, Таня заметила, как Валентина Ивановна достаёт из сумки банки, кастрюли, пакеты.

— Валентина Ивановна, — начала она как можно спокойнее, — а на сколько дней вы приехали?

— А что, мешаем? — тут же насторожилась та. — Я думала, родным всегда рады.

— Нет, просто хотела понимать…

— Да мы ненадолго, — вмешалась Галина. — Недельку, может, две. Мальчишкам в городе интересно.

Две недели.

Таня сжала губы.

— Серёжа! — крикнула свекровь. — Иди, стол помоги накрыть!

— Иду, мам.

— Какие гости? — не выдержала Таня. — Это не гости.

— А кто же? — удивилась Валентина Ивановна. — Родня!

— Именно. Родня, которая приехала без предупреждения и собирается жить тут неделями.

— Таня, ну не начинай, — устало сказал Сергей. — Мама с дороги.

— А я с работы!

Грохот из гостиной снова раздался.

— Мне нужно выйти, — сказала Таня. — Я иду в спортзал.

Она пошла в спальню, начала собирать сумку.

— Ты что удумала? — возмутилась Валентина Ивановна, вбегая следом. — Родственники приехали, а ты убегаешь?

Таня застегнула молнию, выпрямилась и спокойно посмотрела на свекровь.

— Я иду туда, куда планировала. Потому что меня никто не спросил, хочу ли я принимать гостей. Потому что это мой дом, и сегодня мне здесь не оставили места.

В комнате повисла тишина.

— Если вы собираетесь здесь жить, — продолжила Таня, — давайте договариваться. А если нет — я вернусь тогда, когда смогу спокойно находиться в собственной квартире.

Она взяла сумку и вышла, не оборачиваясь.

За спиной не раздалось ни слова.

Только впервые за долгое время Таня почувствовала, что сказала именно то, что должна была сказать.