Андрей? — позвала я ещё раз, закрывая за собой дверь.

— Андрей? — позвала я ещё раз, закрывая за собой дверь.

Ответа не было.

Я поставила сумку на тумбочку и медленно прошла в кухню. На столе стояла грязная чашка, рядом — пустая тарелка из-под яичницы. Хлебные крошки, нож с подсохшим желтком… Всё как обычно. Андрей никогда не убирал за собой. Раньше меня это умиляло. Теперь почему-то раздражало.

Я заглянула в комнату. Его куртки не было на вешалке. Значит, он ушёл.

Я посмотрела на часы. Полшестого. Обычно он возвращался ближе к семи. Ничего страшного, успею всё подготовить.

Я вдохнула поглубже и улыбнулась. Всё должно быть идеально.

Следующие полтора часа я носилась по квартире. Достала из холодильника продукты, которые купила вчера: красную рыбу, сыр, бутылку вина. Я даже свечи купила — те самые, с тонким запахом ванили.

Накрывая на стол, я представляла, как Андрей зайдёт домой. Удивится. Улыбнётся. Обнимет меня.

«Пять лет всё-таки», — думала я.

Пять лет назад мы были другими.

Я тогда работала в маленьком туристическом агентстве и получала смешные деньги. Андрей только начинал в своей фирме. У нас не было ни машины, ни нормальной мебели, ни накоплений.

Но было чувство, что мы вместе против всего мира.

Мы могли ужинать макаронами с кетчупом и смеяться. Смотреть фильмы на старом ноутбуке и засыпать, держась за руки.

Я тогда была уверена — вот он, мой человек.

Иногда я ловлю себя на мысли, что тот Андрей словно исчез.

Без десяти семь я закончила.

Стол был накрыт. Свечи стояли в центре. Подарок — аккуратно упакованный портфель — лежал на стуле рядом.

Я даже платье надела. Тёмно-синее, которое Андрей когда-то назвал «очень красивым».

Я посмотрела на себя в зеркало.

Волосы уложены, лёгкий макияж, тонкая цепочка на шее.

«Хорошо выглядишь, Катя», — сказала я себе тихо.

В семь часов щёлкнул замок.

Я вздрогнула.

— Андрей? — крикнула я из кухни.

— Угу, — донеслось из прихожей.

Я быстро зажгла свечи.

Он вошёл на кухню, снимая куртку на ходу.

— Ого… — сказал он, глядя на стол.

Я замерла, ожидая улыбки.

Но её не было.

Он просто пожал плечами.

— Что за праздник?

Я моргнула.

— Андрей… Сегодня же наша годовщина.

Он секунду смотрел на меня, потом хлопнул себя по лбу.

— Точно.

Он сел за стол.

— Слушай, я голодный как волк.

Он потянулся к тарелке.

Я всё ещё стояла.

— Подожди… — сказала я тихо. — Сначала подарок.

Я подала ему коробку.

Он разорвал упаковку без особой церемонии.

Достал портфель.

— О, — сказал он. — Неплохо.

Он открыл его, понюхал кожу.

— Дорогой, наверное.

Я улыбнулась.

— Я копила.

Он кивнул.

— Спасибо.

И начал накладывать себе рыбу.

Я села напротив.

Что-то внутри меня медленно оседало, как пыль.

Мы поели почти молча.

Андрей рассказывал что-то про работу. Про какого-то нового начальника отдела. Про глупого стажёра.

Я слушала и кивала.

Наконец он налил себе вина.

— За пять лет, — сказал он.

Мы чокнулись.

Я улыбнулась.

— А ты… — осторожно сказала я. — Ты ничего не приготовил?

Он посмотрел на меня, как будто я спросила что-то странное.

— В смысле?

— Ну… подарок.

Он сделал глоток.

— Катя, ты же знаешь, у меня сейчас с деньгами не очень.

Я нахмурилась.

— Но зарплата же была на прошлой неделе.

Он отвёл взгляд.

— Ну была.

— И?

Он вздохнул, как будто я его утомляю.

— Деньги? Я потратил их на себя, ты же у нас в семье зарабатываешь.

Я застыла.

Воздух словно выкачали из комнаты.

Слова Андрея повисли между нами, тяжёлые, как свинец.

— Что… ты сказал?

Он пожал плечами.

— Ну а что? У тебя зарплата больше. Логично, что ты и основные расходы берёшь.

Я смотрела на него и не узнавала.

— Андрей… Я продала серьги, чтобы купить тебе этот портфель.

Он поднял брови.

— Какие серьги?

— Мамина подарок.

— Зачем?

Я почувствовала, как внутри что-то ломается.

— Потому что… хотела сделать тебе приятно.

Он сделал ещё глоток вина.

— Катя, ну ты сама всё усложняешь.

Я тихо повторила:

— Усложняю?

— Конечно. Мы же взрослые люди. Деньги — это просто деньги.

Я вдруг вспомнила, как месяц назад он сказал, что у него «нет денег» на оплату коммуналки. И я перевела со своей карты.

А ещё через неделю он купил себе новый телефон.

Тогда я ничего не сказала.

Сейчас воспоминание вспыхнуло, как лампа.

— Андрей… — медленно сказала я. — А на что ты их потратил?

Он откинулся на спинку стула.

— На себя.

— Конкретно?

— Да какая разница?

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

— Мне есть разница.

Он закатил глаза.

— Ну ладно. Купил кое-что.

— Что?

— Куртку. Кроссовки. И с ребятами посидели.

Я смотрела на стол.

Свечи тихо горели.

Воск стекал вниз.

Пять лет.

Пять лет брака.

И вдруг мне стало ясно, что мы уже давно не команда.

— Катя, ты чего молчишь? — сказал Андрей.

Я подняла глаза.

— Я думаю.

— О чём?

Я вздохнула.

— О том, как мы до этого дошли.

Он усмехнулся.

— Да нормально мы дошли.

— Правда?

Он пожал плечами.

— Ну да.

Я встала.

— Мне нужно пройтись.

— Сейчас?

— Да.

Он посмотрел на меня странно.

— Из-за такой ерунды?

Я ничего не ответила.

Просто взяла пальто и вышла.

На улице было прохладно.

Я шла без цели.

Огни витрин, шум машин, разговоры прохожих.

Жизнь продолжалась.

Только внутри меня было пусто.

Я вспомнила первый год нашего брака.

Как Андрей приносил мне кофе в постель.

Как мы спорили, кто будет мыть посуду.

Как он однажды ночью поехал через весь город, потому что мне захотелось клубники.

Где всё это?

Когда это исчезло?

И главное — почему я этого не заметила сразу?

Я села на лавочку возле дома.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Ленки.

«Ну как годовщина? 😏»

Я долго смотрела на экран.

Потом написала:

«Интересно».

Она сразу ответила.

«Это как?»

Я задумалась.

Потом написала:

«Похоже, я пять лет жила с чужим человеком».

Три точки печатания.

«Ты где?»

«На улице».

«Я еду к тебе».

Я улыбнулась.

Ленка всегда была такой.

Через двадцать минут она уже сидела рядом со мной на лавке.

— Так. Рассказывай, — сказала она, протягивая мне стаканчик кофе.

Я рассказала всё.

Про серьги.

Про портфель.

Про слова Андрея.

Она слушала молча.

Потом сказала:

— Катя… можно честно?

— Нужно.

— Он давно так себя ведёт.

Я опустила глаза.

— Я знаю.

— Тогда почему ты терпела?

Я пожала плечами.

— Любила.

Ленка вздохнула.

— Любовь — это когда двое стараются.

Она помолчала.

— А у тебя ощущение, что старалась только ты.

Я почувствовала, как в горле встал ком.

— Наверное.

— И что теперь?

Я посмотрела на окна нашей квартиры.

Там всё ещё горел свет.

— Не знаю.

Ленка вдруг спросила:

— Катя… а ты счастлива?

Вопрос ударил неожиданно.

Я открыла рот.

И поняла, что ответа нет.

Точнее, есть.

Но он мне не нравится.

— Нет, — тихо сказала я.

Ленка кивнула.

— Тогда всё просто.

— Просто?

— Да.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Перестань жить жизнью, в которой ты несчастна.

Я молчала.

Слова казались одновременно страшными и освобождающими.

Когда я вернулась домой, было почти десять.

Андрей сидел на диване и смотрел телевизор.

Пустая бутылка вина стояла на столе.

Он посмотрел на меня.

— Ну наконец-то.

Я сняла пальто.

— Нам нужно поговорить.

Он вздохнул.

— Опять?

Я села напротив.

— Андрей… ты любишь меня?

Он удивился.

— Что за вопросы?

— Просто ответь.

Он пожал плечами.

— Ну… конечно.

— Как?

— В смысле?

— Как ты меня любишь?

Он задумался.

— Ну… мы же семья.

Я почувствовала, как внутри что-то окончательно становится на место.

Не взрывается.

Не рушится.

Просто становится ясно.

— Андрей, — сказала я спокойно. — Я больше не хочу так.

— Как?

— Быть единственным человеком в нашем браке.

Он нахмурился.

— Ты драматизируешь.

— Нет.

Я посмотрела на него.

— Я устала.

Он усмехнулся.

— И что ты предлагаешь?

Я сделала глубокий вдох.

— Нам нужно пожить отдельно.

Он резко выпрямился.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Из-за портфеля?

Я покачала головой.

— Из-за пяти лет.

Он долго смотрел на меня.

Потом сказал:

— Делай как хочешь.

И снова включил телевизор громче.

В ту ночь я почти не спала.

Но странно — мне не было так больно, как я ожидала.

Скорее… тихо.

Как будто внутри наконец стало честно.

Утром я встала раньше него.

Собрала небольшую сумку.

Самое необходимое.

Когда я уже собиралась уходить, Андрей вышел из спальни.

— Ты куда?

— К Ленке.

Он зевнул.

— Надолго?

Я посмотрела на него.

— Не знаю.

Он кивнул.

— Ладно.

И ушёл обратно.

Я закрыла дверь.

И вдруг поняла, что не плачу.

Впервые за долгое время.

Я просто иду вперёд.

И это ощущение было странно лёгким.

Как будто после долгих лет я наконец начала жить свою жизнь.