Я лежала на кровати, стараясь не двигаться лишний раз

Я лежала на кровати, стараясь не двигаться лишний раз — каждое малейшее движение отзывалось тупой, тянущей болью в колене. Гипс был тяжелым, непривычным, будто чужим. Казалось, что моя нога больше не принадлежит мне, а просто лежит рядом — неподвижная, холодная, чужая.

Но это было ничто по сравнению с тем, что происходило внутри меня.

Сначала — недоумение. Потом — тревога. А затем — настоящий, липкий страх, который поднимался откуда-то из глубины груди и сжимал горло.

Я снова посмотрела на дверь.

Она была закрыта.

Не просто прикрыта — заперта.

Я отчетливо слышала тот щелчок. Такой сухой, уверенный звук, который невозможно перепутать ни с чем.

Щелчок замка.

— Это глупо… — прошептала я сама себе, словно пытаясь убедить. — Наверное, мне показалось…

Но внутри я уже знала: не показалось.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Муж не мог… Просто не мог так поступить. Мы были вместе пять лет. Он всегда заботился обо мне. Сегодня он носил меня на руках, поддерживал, шутил, чтобы отвлечь от боли. Его мама — строгая, но в целом добрая женщина — тоже помогала.

Зачем им меня запирать?

Я снова постучала в дверь, уже громче.

— Эй! Вы там? Откройте! Мне нужно в туалет!

Тишина.

Дом словно вымер.

Ни шагов, ни голосов, ни даже скрипа пола. Только тиканье часов где-то внизу и мое собственное дыхание — учащенное, нервное.

Я схватила костыли, которые стояли у кровати, и, стиснув зубы, поднялась. Боль тут же пронзила ногу, словно кто-то провел по ней раскаленной иглой.

— Черт…

Но я заставила себя идти.

Шаг. Второй.

Я доковыляла до двери и дернула ручку.

Закрыто.

Сильнее.

Бесполезно.

Я ударила кулаком по двери.

— ОТКРОЙТЕ! Вы слышите меня?!

Никакого ответа.

В груди стало холодно.

Я оглянулась по сторонам, как будто комната вдруг стала чужой. Слишком тихая. Слишком замкнутая.

И тут меня ударила мысль:

телефон.

Я резко обернулась к кровати, потом к тумбочке, потом к сумке… которой не было.

Память вспыхнула картинкой: прихожая, я опираюсь на мужа, сумка соскальзывает с плеча, он говорит «я потом принесу», и… все.

Он не принес.

Я осталась без связи.

Сердце забилось быстрее.

— Нет… нет, нет, нет…

Я начала судорожно осматривать комнату, словно телефон мог каким-то чудом появиться.

Ничего.

Только кровать, шкаф, окно… и зеркало.

И именно тогда я увидела это.

Сначала — краем глаза.

Движение.

Я замерла.

Медленно повернула голову.

В зеркале, напротив кровати, отражалась комната.

И в этом отражении…

что-то было не так.

Я нахмурилась, не сразу понимая, что именно меня пугает.

Потом до меня дошло.

Шкаф.

Он был приоткрыт.

Хотя я точно помнила — когда меня уложили, дверцы были закрыты.

Я не слышала, чтобы кто-то заходил.

Я не открывала его.

Медленно, почти не дыша, я повернулась лицом к шкафу.

Он стоял в углу, темный, массивный. Одна створка действительно была чуть приоткрыта — всего на пару сантиметров.

И изнутри…

темнота.

Обычная, казалось бы, тень.

Но в этой тени было что-то неправильное.

Я сглотнула.

— Глупости… — прошептала я.

Может, я просто не заметила раньше.

Может, это сквозняк.

Может, я себя накручиваю.

Я сделала шаг назад.

И вдруг…

дверца шкафа чуть скрипнула.

Сама.

Совсем немного.

Но достаточно, чтобы я услышала.

Мое сердце остановилось.

— Кто… там?

Тишина.

Я не двигалась.

Даже дышать боялась.

Потом, очень медленно, из темноты внутри шкафа…

что-то сдвинулось.

Сначала — тень.

Потом — силуэт.

И я увидела глаз.

Прямо в щели между одеждой.

Человеческий глаз.

Смотрящий на меня.

Я закричала.

Громко, пронзительно, так, что у меня самой заложило уши.

Я отшатнулась, потеряла равновесие и упала на кровать, задыхаясь.

— ПОМОГИТЕ! ОТКРОЙТЕ ДВЕРЬ!

Слезы хлынули сами собой.

Я схватила костыль и выставила его перед собой, как оружие.

Шкаф молчал.

Но я знала — там кто-то есть.

Он не двигался.

Просто смотрел.

Минуты тянулись бесконечно.

Я слышала только свое дыхание и гул в ушах.

И вдруг…

снизу, из коридора, послышались шаги.

Я замерла.

— ЭЙ! — закричала я. — Я ЗДЕСЬ! ОТКРОЙТЕ!

Шаги остановились.

Пауза.

Потом — голос мужа.

Спокойный.

Слишком спокойный.

— Ты уже проснулась?

Меня прошиб холод.

— ОТКРОЙ ДВЕРЬ! ЗДЕСЬ КТО-ТО В ШКАФУ!

Тишина.

А потом он… засмеялся.

Тихо.

Негромко.

Но в этом смехе не было ничего доброго.

— Не бойся, — сказал он. — Он тебя не тронет.

У меня перехватило дыхание.

— ЧТО? О ЧЕМ ТЫ?!

Снова пауза.

И потом:

— Это просто… часть плана.

Я не понимала.

Вообще.

Ни слова.

— Какого плана?!

Сердце колотилось так сильно, что казалось — сейчас вырвется из груди.

— Ты же хотела… больше времени дома, — сказал он. — Вот. Мы тебе его обеспечили.

— ТЫ С УМА СОШЕЛ?! ТУТ КТО-ТО В ШКАФУ!

Я перевела взгляд на шкаф.

Дверца была все так же приоткрыта.

Глаз… исчез.

Но от этого стало только хуже.

— Это не «кто-то», — ответил он. — Это… наблюдатель.

Мир поплыл.

— ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?!

— Мама считает, что тебе нужно… отдохнуть от лишнего. От людей. От суеты.

— ЗАПИРАЯ МЕНЯ С НЕИЗВЕСТНЫМ В КОМНАТЕ?!

— Он не причинит вреда, — повторил муж. — Он просто… будет следить.

Я не верила своим ушам.

— ОТКРОЙ ДВЕРЬ. СЕЙЧАС ЖЕ.

Долгая пауза.

— Нет.

Одно слово.

И все рухнуло.

— Ты останешься здесь. Пока мы не решим, что тебе лучше.

— ЛУЧШЕ?! — я сорвалась на истерический крик. — ВЫ ЗАПЕРЛИ МЕНЯ С КЕМ-ТО В ШКАФУ!

— Это для твоего же блага.

Я почувствовала, как внутри что-то ломается.

Не нога.

Что-то глубже.

— Я вызову полицию… — прошептала я.

Он снова усмехнулся.

— Без телефона?

Я замолчала.

— Мы все продумали, — добавил он.

Шаги удалились.

Я осталась одна.

Нет.

Не одна.

Я медленно повернула голову к шкафу.

Тишина.

Но я чувствовала.

Он там.

Смотрит.

Ждет.

Я сжала костыль так, что побелели пальцы.

— Убирайся… — прошептала я.

И в этот момент дверца шкафа… начала открываться.

Медленно.

Скрипя.

И из темноты вышел человек.

Высокий.

Худой.

С неестественно бледной кожей.

Он улыбался.

Но его улыбка была… неправильной.

Слишком широкой.

Слишком пустой.

— Не бойся, — сказал он тихо. — Я действительно не причиню тебе вреда.

Я не могла говорить.

— Пока что.

Мир окончательно потерял смысл.

— Что… вы… — выдавила я.

Он наклонил голову.

— Я здесь, чтобы смотреть.

Он сделал шаг ко мне.

Я отпрянула.

— Не подходи!

Он остановился.

И снова улыбнулся.

— Хорошо.

Он сел на пол.

Прямо напротив кровати.

И уставился на меня.

Просто.

Смотрел.

Минуты превращались в часы.

Я не двигалась.

Он — тоже.

Иногда моргал.

Иногда чуть наклонял голову.

Но не говорил.

Не приближался.

Просто наблюдал.

И это было хуже всего.

Потому что я не знала, чего ждать.

И будет ли «пока что» когда-нибудь «уже нет».

Я поняла одно:

это только начало.

И если я не выберусь…

то никто меня не спасет.