Елена сидела на кухне, накрывшись пледом
Елена сидела на кухне, накрывшись пледом, и внимательно рассматривала очередную квитанцию за ипотеку. Бумажка в её руках казалась тяжёлой не только физически: цифры на ней вызывали внутреннее напряжение. Суммы были внушительными, и каждый месяц Елена ощущала, как бремя долгов тянет её вниз. Но она уже привыкла к этому. Ведь три года назад, выходя замуж за Дмитрия, она прекрасно понимала: богатства ждать не стоит. Муж был инженером на заводе, получал скромную зарплату, но стабильную. Елена работала менеджером в торговой компании, и её доход был чуть выше. Вдвоём они справлялись с расходами, откладывали понемногу, строили планы на будущее.
Первый год брака прошёл спокойно. Молодожёны снимали небольшую квартиру, старались копить на первоначальный взнос, ездили к родителям по очереди. Свекровь Тамара Фёдоровна встретила невестку тепло, хотя сразу стала расспрашивать про зарплату, сколько Елена откладывает и на что тратит. Жена отшучивалась, не придавая особого значения, думая, что со временем всё наладится.
Но всё изменилось, когда молодые купили однокомнатную квартиру в ипотеку и переехали. Свекровь начала приходить в гости без предупреждения, внимательно осматривать покупки, комментировать каждую мелочь.
— Лена, зачем тебе такой дорогой чайник? — удивлялась Тамара Фёдоровна, вертя в руках новый прибор.
— В магазине на углу точно такой же на триста рублей дешевле.
— Мама, это не твоё дело, — тихо, но твёрдо вмешался Дмитрий.
— Как не моё? Вы же деньги тратите! А потом придёте просить!
Елена промолчала, не желая портить отношения. Но визиты свекрови становились всё чаще, а вместе с ними появились и странные просьбы.
Сначала Тамара Фёдоровна позвонила и попросила перевести деньги на лекарства — всего три тысячи рублей. Елена без возражений отправила нужную сумму. Через неделю снова звонок: «Закончились деньги до пенсии, нужно пять тысяч на продукты». Елена перевела и эти деньги. Потом потребовалось оплатить коммунальные услуги — ещё семь тысяч.
— Дим, почему твоя мама постоянно просит деньги? — спросила однажды вечером Елена, когда муж вернулся с работы.
— У неё же пенсия приличная, квартира своя.
— Ну, мама одна живёт, ей тяжело, — Дмитрий пожал плечами. — Не жалко же помочь.
— Я не против помогать, но это уже каждую неделю…
— Лен, ну она же мать. Нельзя отказывать родителям.
Елена вздохнула и больше не поднимала тему. Деньги продолжали уходить к Тамаре Фёдоровне. На новый телевизор, на ремонт, на лекарства, на «неотложные» расходы — практически на всё.
Когда Елена забеременела, расходы выросли. Нужно было покупать вещи для малыша, оплачивать анализы, готовить детскую комнату. Жена экономила на всём, отказывала себе даже в мелочах, лишь бы хватало на самое необходимое. Дмитрий работал сверхурочно, приходил домой поздно, уставший и молчаливый.
Но свекровь не унималась. Ей вдруг захотелось съездить в санаторий за двадцать пять тысяч. Елена взглянула на счёт, прикинула, что придётся отложить покупку коляски, и перевела деньги. Свекровь даже не поблагодарила, лишь отметила, что хотела бы подороже, «там питание лучше».
Родился сын. Маленький, шумный, требующий постоянного внимания. Елена ушла в декрет, доход семьи сократился вдвое. Дмитрий пытался брать дополнительные смены, но этого всё равно не хватало. Ипотека, коммунальные платежи, продукты, подгузники, детское питание — деньги таяли стремительно.
Тамара Фёдоровна узнала о рождении внука и приехала в роддом с пустыми руками. Посмотрела на ребёнка, поцокала языком и сказала, что мальчик похож на отца, «а это не очень хорошо». Елена стиснула зубы и промолчала.
Через месяц после выписки звонок: «Леночка, мне нужны деньги на подарки родственникам. У двоюродной сестры юбилей, неудобно приходить с пустыми руками».
— Тамара Фёдоровна, у нас сейчас сложный период, — пыталась объяснить Елена. — Ребёнок маленький, расходы большие…
— Ой, да ладно! Дима хорошо зарабатывает, справитесь. Мне всего десять тысяч нужно.
Елена перевела деньги, хотя на счету оставалось совсем немного. В тот месяц пришлось занимать у подруги на продукты.
Звонки свекрови становились всё настойчивее. То новый телефон — старый сломался. То страховку оплатить. То мебель купить. Каждый раз Тамара Фёдоровна начинала разговор ласково, а если Елена пыталась отказать, голос мгновенно менялся:
— Вот оно как! Я для вас столько делала, а теперь даже помочь не можете!
Дмитрий всегда вставал на сторону матери, убеждая жену, что родителям нужно помогать, что Тамара Фёдоровна одна, что нельзя быть жадными. Елена чувствовала, как внутри накапливаются усталость и обида, но продолжала переводить деньги, чтобы сохранить мир в семье.
Прошёл год. Сын подрастал, расходы не уменьшались. Елена искала подработку на дому, сидела ночами за компьютером, когда ребёнок спал. Дмитрий работал без выходных. Средств всё равно не хватало. А Тамара Фёдоровна продолжала требовать больше.
Однажды вечером, в начале декабря, звонок в десять часов. Елена только уложила сына спать, собиралась прилечь — голова раскалывалась от усталости.
— Леночка, ты спишь? — бодрый голос свекрови резал уши.
— Нет, не сплю. Что случилось?
— Слушай, я сегодня видела такую красоту! Шуба! Настоящая норка, длинная, с капюшоном. Такая элегантная!
Елена зажмурилась. Внутри всё сжалось.
— Тамара Фёдоровна, это хорошо, конечно…
— Там сейчас скидка! Вместо шестисот тысяч всего пятьсот! Представляешь, какая выгода!
Елена села на кровати, сердце застучало громче.
— Пятьсот тысяч? Тамара Фёдоровна, вы серьёзно?
— Конечно, серьёзно! Я уже сказала продавцу, что завтра заберу. Леночка, переведи мне деньги с утра, ладно? А то шубу кто-то другой купит.
В голове Елены пронеслись цифры: ипотека, кредит на машину, коммунальные платежи, еда, одежда для ребёнка. На счету оставалось чуть больше ста тысяч — это средства на следующие три месяца.
— Тамара Фёдоровна, я не могу перевести вам пятьсот тысяч, — тихо, но твёрдо сказала Елена.
— Что значит «не можешь»? — повысила голос свекровь. — Как это не можешь?
— У нас такой суммы нет. Ипотека, маленький ребёнок, расходы огромные. Каждый месяц едва сводим концы с концами.
— Ах вот как! — рявкнула Тамара Фёдоровна. — Значит, на себя деньги есть, а на свекровь нет!
— Мы ни на что лишнее не тратимся, — старалась сохранять спокойствие Елена. — Последние полгода я покупаю одежду только в секонд-хенде, отказались от поездок и развлечений…
— Не выдумывай! Я вижу, как вы живёте! Квартира у вас, машина! А мне, пожилой женщине, даже на шубу не хватило!
— Квартира в ипотеке, машина в кредите, — Елена чувствовала, как руки начинают дрожать. — Тамара Фёдоровна, понимаю, что хочется красивую вещь, но пятьсот тысяч — это нереально.
— Хорошо! — рявкнула свекровь. — Я сама поговорю с сыном! Посмотрим, что Дима скажет!
Тамара Фёдоровна бросила трубку. Елена сидела, сжимая телефон в руках. Внутри всё горело, но появилось странное облегчение. Впервые за три года она сказала твёрдое «нет».
Дмитрий вернулся домой поздно, усталый и хмурый. Елена встретила его на пороге:
— Дим, твоя мать звонила. Просила пятьсот тысяч на шубу.
— Знаю, — ответил Дмитрий, скинув куртку. — Мама уже мне позвонила.
— И что ты сказал?
— Сказал, что попробуем найти деньги.
Елена замерла.
— Как попробуем? У нас нет полумиллиона!
— Можно взять кредит.
— Ещё один кредит?! — голос Елены сорвался. Но она сразу осеклась, вспомнив о спящем сыне.
— Дима, понимаешь, что мы уже в долгах по уши? Мы едва справляемся с тем, что есть!
— Мама одна, ей нужна хорошая верхняя одежда. Зима же.
— У неё есть пальто, куртка, дублёнка! — шагнула к мужу Елена. — Дим, это не необходимость, а прихоть! Полмиллиона на шубу, когда мы покупаем вещи на распродажах!
В комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь дыханием ребёнка в другой комнате. Елена почувствовала, как в её груди собирается решимость. Она понимала, что дальше так продолжаться не может. Впервые она не согласилась, впервые поставила границы. И это ощущение было одновременно страшным и освобождающим.
Вечер прошёл в молчании. Дмитрий сидел с чашкой воды, думая, а Елена — с мыслями о будущем. Нужно было что-то менять. Она знала, что если не поставить пределы, финансовое и эмоциональное давление будет только усиливаться.
Следующие дни стали испытанием. Елена начала продумывать план: как объяснить Тамаре Фёдоровне, что больше нет возможности оплачивать её прихоти. Как убедить Дмитрия, что кредиты не решение. И как сохранить собственную семью, не превратившись в постоянного донора для свекрови.
Она знала одно: больше никогда не позволит, чтобы чужие желания разрушали их семейный бюджет. Впервые за три года Елена чувствовала, что может сказать «нет», и это «нет» давало силу.
И хотя Тамара Фёдоровна ещё не знала, но баланс в их семье начинал меняться.