Кум с кумой пошли на рыбалку,,

Кум с кумой пошли на рыбалку рано утром, когда туман ещё стелился над рекой, а солнце только начинало подкрадываться к горизонту. Кум нёс удочки, ведро и старый складной стул, который скрипел при каждом шаге. Кума же шагала налегке, но с таким видом, будто это не рыбалка, а выход в свет.

— Кум, — сказала она, поправляя платок, — ты уверен, что рыба сегодня будет клевать?

— Будет, кума, будет, — уверенно ответил он. — Я вчера с Петровичем говорил, он сказал: «Завтра самый клёв».

Петрович в деревне был человеком авторитетным. Если он говорил, что будет дождь — все брали зонты. Если говорил, что не будет — всё равно брали, но с сомнением.

Они дошли до излюбленного места: ивняк, тихая заводь, комары размером с воробья и абсолютная тишина, которую нарушало только чавканье грязи под сапогами кума.

Кум забросил удочку, сел на стул и принялся ждать. Кума же устроилась на траве, достала термос, бутерброды и стала внимательно разглядывать отражение в воде.

— Кум, — снова начала она, — а ты заметил, как здесь красиво?

— Красиво, — кивнул он, не отрывая взгляда от поплавка.

— А тишина какая… — продолжала она.

— Ага, — снова ответил кум.

Кума вздохнула. Кум молчал. Рыба тоже.

Прошёл час. Потом второй. Поплавок стоял, как вкопанный, будто его прибили к воде гвоздями.

— Кум, — сказала кума уже другим тоном, — а ты вообще живой?

— Живой, — буркнул он. — Рыбу не пугай.

— Так она и так не клюёт!

Кума встала, прошлась туда-сюда, потом вдруг остановилась перед кумом, улыбнулась загадочно и сказала:

— Кум… а вот что ты на это скажешь?

Кум поднял глаза… и замер.

Перед ним кума держала… огромного червя, которого только что выкопала из-под коряги.

— Вот наживка! — гордо заявила она. — Такую рыба точно не пропустит!

Кум несколько секунд молчал, потом расхохотался так, что с дерева сорвалась ворона.

— Кума, — сказал он, вытирая слёзы, — ты меня чуть до инфаркта не довела!

— А что? — обиделась она. — Я ж помочь хотела.

Они насадили червя, забросили удочку… и тут поплавок резко ушёл под воду.

— Клюёт! — заорал кум. — Клюёт!

Началась возня, удочка согнулась, леска натянулась, кума бегала вокруг и кричала советы, которые противоречили друг другу.

Через минуту из воды показался… старый резиновый сапог.

Кум посмотрел на сапог. Потом на куму. Потом снова на сапог.

— Ну что ж, — философски сказал он, — улов есть.

Кума рассмеялась:

— Зато день удался!

Они сидели до вечера, поймали ещё одну плотву, потеряли нож, съели все бутерброды и ушли домой уставшие, но довольные.

А в деревне потом долго говорили:
— Кум с кумой на рыбалку ходили — сапог поймали, да настроение хорошее.

И все сходились в одном:
иногда главное на рыбалке — не рыба, а компания и хорошая история.

Когда они вернулись в деревню, солнце уже клонилось к закату, а ноги гудели так, будто каждый прошёл по десять километров с мешком картошки за плечами. Кум нёс ведро с тем самым сапогом и одной-единственной плотвой, а кума — пустой термос и чувство выполненного долга.

— Ну что, кум, — сказала она по дороге, — не зря сходили?

— Не зря, — вздохнул он. — Хоть сапог домой новый принесу.

— Так он же старый!

— Зато бесплатный.

У ворот их уже поджидали соседи. В деревне ничего не происходит тихо: если кто-то ушёл на рыбалку, об этом знает половина улицы, а если вернулся — знает вся.

— Ну что, рыбаки! — крикнул дядя Миша. — Показывайте улов!

Кум молча поднял ведро и торжественно вынул сапог.

Секунду стояла тишина. Потом хохот накрыл улицу, как весенний паводок.

— Это что за порода? — ухмыльнулся Миша. — Речная, редкая?

— Очень редкая, — серьёзно ответил кум. — Клюёт только на большого червя и хорошее настроение.

Кума при этом стояла с таким видом, будто именно так всё и было задумано.

— А плотва где? — спросила соседка тётя Нина.

— Плотва была, — сказал кум. — Но сапог важнее. Он, между прочим, сопротивлялся.

С тех пор сапог стал местной легендой. Его кто-то хотел выкинуть, кто-то — поставить у калитки как трофей, а кума вообще предложила оставить «на память о рыбалке».

Через пару дней история дошла до жены кума.

— Значит, на рыбалку ходил? — прищурилась она.

— Ходил.

— И что поймал?

— Сапог.

— Один?

— Один… и плотву.

Жена посмотрела на него, потом на сапог, потом снова на него.

— Ну хоть не пустыми руками, — сказала она наконец. — Молодец.

А кума с тех пор стала звать кума на рыбалку регулярно.

— Кум, пойдём? — спрашивала она. — Вдруг сегодня сапог с парой будет.

— Не, — отвечал он. — Хватит. Мне одного улова на всю жизнь хватило.

Но каждый раз, проходя мимо реки, он всё равно поглядывал на воду и думал:
А вдруг там ещё что-нибудь интересное клюёт…

Прошла неделя. Сапог всё ещё стоял у калитки кума — вымытый, подсохший и уже почти родной. Соседи, проходя мимо, обязательно останавливались.

— Ну как, — спрашивали, — не сбежал улов?

— Куда он денется, — отвечал кум. — Привык уже.

Кума же тем временем стала знаменитостью. В деревне её теперь называли не иначе как «рыбачка с нюхом».

— Это ж надо, — судачили бабы у колодца, — все с рыбалки пустые приходят, а она сапоги ловит!

— Значит, место знает, — уверенно заявляла тётя Нина. — Или подход особый.

Кума слушала, улыбалась и делала вид, что ничего особенного не произошло. Но внутри ей, конечно, было приятно.

Через пару дней она снова подошла к куму.

— Кум, — сказала она невинно, — а если ещё раз сходить?

— Зачем? — насторожился он.

— Да просто… погода хорошая. Рыба, может, соскучилась.

— Я вот не соскучился, — пробормотал кум.

Но кума была настойчива. Она принесла аргументы, против которых трудно спорить: пирожки, термос с чаем и обещание «никаких сюрпризов».

На следующий день они снова сидели у той самой заводи. Кум уже был опытнее: смотрел по сторонам, проверял берег, подозрительно косился на коряги.

— Сегодня без сапог, — строго сказал он.

— Конечно, — кивнула кума. — Сегодня у нас культурная рыбалка.

Поплавок снова стоял неподвижно. Кум вздыхал. Кума разглядывала облака.

И вдруг…

— Кум, — сказала она, — у тебя там что-то есть.

Поплавок дёрнулся. Потом ещё раз.

— Не кричи, — прошептал кум. — Спугнёшь!

Он аккуратно потянул удочку. Леска натянулась. Что-то в воде явно сопротивлялось.

— Только не сапог… — прошептал он.

Из воды показалась… старая кастрюля.

Кум закрыл глаза.

— Ну вот, — сказала кума. — Прогресс. Уже не обувь.

Они рассмеялись так громко, что с другого берега кто-то крикнул:
— Клюёт?!

— Да! — ответил кум. — Домашняя утварь пошла!

К вечеру у них в ведре лежали: кастрюля, банка, ржавый гвоздь и… две настоящие рыбы.

— Вот это я понимаю — баланс, — сказала кума.

С тех пор кум понял одну простую вещь:
с кумой на рыбалке никогда не знаешь, что именно клюнет, но скучно точно не будет.

А сапог так и остался у калитки — как напоминание о том, что иногда самая странная наживка притягивает самые незабываемые истории.

После той второй рыбалки кум с кумой стали в деревне людьми уважаемыми. Не за улов — за развлечение. Потому что куда бы они ни пошли, за ними тянулся шлейф историй.

— Слышали? — шептались у магазина. — Эти двое опять на речку ходили.

— И что поймали?

— Да кто их знает… В прошлый раз кастрюлю.

— Хорошая была?

— С крышкой!

Кум сначала злился. Потом махнул рукой.

— Пусть смеются, — говорил он жене. — Зато не скучно.

Жена, к слову, смеялась громче всех.

— Ты, — говорила она, — с кумой не на рыбалку ходишь, а на археологические раскопки.

Тем временем сапог у калитки стал выполнять сразу несколько функций:
на него опирались, на него садились дети, а однажды дядя Миша даже поставил в него цветок.

— Символ, — объяснил он. — Памятник рыбалке.

Прошёл месяц. Рыба в реке, казалось, начала что-то подозревать. Клевать она стала лучше… но только у кума с кумой.

— Вот ведь, — ворчали другие рыбаки. — Мы с рассвета сидим — пусто. А они пришли — и сразу тянет!

— Значит, ладят между собой, — философски заключал Петрович. — Рыба это чувствует.

Однажды кум пришёл на реку один. Сел. Забросил удочку. Сидел час. Второй.

Ничего.

На третий час он вздохнул и сказал вслух:
— Ну что ж ты… где же ты?

— Кто? — раздался голос за спиной.

Это была кума. С термосом. И пирожками.

Через пять минут поплавок дёрнулся.

— Я так и знал, — покачал головой кум. — Без тебя — не клюёт.

В тот день они поймали нормальную рыбу. Настоящую. Без сапог, кастрюль и сюрпризов.

И вот тут кум вдруг понял:
дело было не в наживке, не в месте и даже не в везении.

Дело было в настроении.

Когда смеёшься — и день удаётся.
Когда не ждёшь — приходит.
Когда идёшь не за результатом — получаешь больше.

Вечером они сидели на берегу, смотрели, как солнце садится, и молчали.

— Хорошо, — сказала кума.

— Хорошо, — согласился кум.

А сапог так и остался у калитки.
Не как трофей.
А как напоминание о том, что самые лучшие истории начинаются тогда, когда ты просто пошёл на рыбалку… и немного не туда.