Пока родственники мужа хозяйничали в моих шкафах

Пока родственники мужа хозяйничали в моих шкафах, я готовила им достойный ответ

Лариса шла по длинному облезлому коридору поликлиники, держа спину ровно, словно действительно ступала по красной дорожке. Потолочные лампы мигали, линолеум под ногами был истёрт до серых пятен, но она будто этого не замечала. Сегодня внутри неё было странное спокойствие — тихое, уверенное.

— Валь, глянь на неё, а? — процедила Марина, не отрывая взгляда от удаляющейся фигуры. — Идёт, нос задрала. Будто не по нашему коридору, а на показе мод.

Валентина Петровна, санитарка с сорокалетним стажем, медленно водила тряпкой по подоконнику. Она давно научилась не спешить — ни в движениях, ни в словах.

— Ну вот опять ты, Маринка… — вздохнула она. — Что тебе эта Лариса покоя не даёт? Девка как девка. Тихая, вежливая, работает без скандалов.

— Вот именно! — Марина резко щёлкнула крышкой пудреницы. — Тихая, значит? А ты посмотри, как Мишка вокруг неё теперь вьётся. Встречает, провожает, супчики носит. А раньше что? Даже не замечал!

Валентина Петровна покачала головой, но промолчала. Она многое видела за свою жизнь и знала: если женщина так злится — дело не только в мужчине.

Марина давно положила глаз на Михаила. Он работал водителем при главвраче — высокий, аккуратный, с мягкой улыбкой и редким для его возраста спокойствием. Женат, да. Но Марина всегда считала это временным недоразумением. Лариса казалась ей серой мышкой — вечно в простых платьях, без яркого макияжа, без попыток выделиться.

Марина пробовала всё: «случайные» столкновения в коридоре, кокетливые шутки, просьбы помочь донести сумку. Михаил вежливо улыбался, помогал — и тут же возвращался к жене.

А после одного вечера, о котором в поликлинике никто не знал, всё изменилось.

Тогда Лариса впервые не промолчала.

Родственники Михаила приехали «ненадолго». Так сказала его мать, Анна Сергеевна, по телефону.

— Мы всего на пару дней, сынок. Ты же знаешь, как сейчас с деньгами.

На деле «пара дней» растянулась на две недели.

В их двухкомнатной квартире внезапно поселились: мама Михаила, его сестра Ирина с мужем и сыном-подростком. Лариса терпела. Готовила, убирала, уступала спальню, спала на раскладушке.

А потом они начали хозяйничать.

Анна Сергеевна без спроса перекладывала её вещи:

— Господи, Лариса, да что ж ты всё в этих тряпках ходишь? Вот у Иры платье хорошее, померь.

Ирина рылась в шкафах:

— О, кожа! Это что, настоящая? Ты где такое взяла?

Они открывали ящики, перебирали заготовки, фурнитуру, куски кожи. Лариса возвращалась с работы и видела, что её мир — маленький, личный — тронули чужими руками.

— Мам, ну хватит, — мялся Михаил. — Это её вещи.

— Да брось ты, — отмахивалась Анна Сергеевна. — Я же не враг. Я порядок навожу.

Последней каплей стал вечер, когда Лариса застала Ирину за её рабочим столом.

— Ты что делаешь? — голос дрогнул.

— Смотрю, — беззастенчиво ответила та. — Думаю, может, себе такую же сумку сшить. Всё равно ты этим баловством занимаешься.

— Это не баловство, — тихо сказала Лариса. — Это моя работа.

— Работа? — рассмеялась Анна Сергеевна. — Работа — это стабильность. А это… игрушки.

Тогда Лариса впервые посмотрела на Михаила иначе. Не с надеждой. С вопросом.

И он ответил.

— Собирайтесь, — сказал он твёрдо. — Сейчас.

— Что?! — вспыхнула мать.

— Я сказал — сейчас. Это наш дом. И Лариса — моя жена.

Они уехали, хлопнув дверью. А в квартире впервые стало тихо.

Этой ночью они говорили до рассвета.

— Почему ты мне раньше не рассказывала? — спросил Михаил.

— Боялась, — призналась она. — Ты же видел, как твоя мама относится.

— Больше не будет, — ответил он. — А ты… увольняйся.

— С ума сошёл?

— Нет. Я наконец-то вижу, кто ты.

Он помог ей зарегистрироваться как самозанятой. Сидел рядом, разбирался в приложении «Мой налог», читал условия, задавал вопросы.

— Всё честно, — улыбался он. — Всё по-настоящему.

Через неделю Лариса уволилась.

В поликлинике это стало событием.

— Нашла спонсора! — шипела Марина.

Лариса лишь улыбалась. Теперь её это не задевало.

Они работали вечерами, ночами. Михаил возил материалы, упаковывал заказы, делал фото для соцсетей. Бренд назвали просто — LARA.

А потом случился разговор в машине.

Начальник Михаила ехал с женой, Ангелиной. Та сетовала:

— Не знаю, что подарить Ирэн Адлер. У неё всё есть.

— Сумку ручной работы, — сказал Михаил, сам не веря своей смелости. — Моя жена делает.

Через неделю строгий бордовый портфель появился на премьере.

Фотографы щёлкали.

Блоги писали:

«Новый тренд! Забудьте о брендах — теперь все хотят сумку от LARA».

Заказы посыпались сотнями.

А потом раздался звонок.

— Лариса? — голос Анны Сергеевны был сладок, как мёд. — Мы тут подумали… Ты ведь теперь бизнесвумен. Может, поможешь семье?

Лариса медленно улыбнулась.

Теперь её очередь была отвечать.

И ответ она уже готовила.

Анна Сергеевна появилась в их жизни снова именно тогда, когда у Ларисы почти не осталось времени на сон. Телефон зазвонил в шесть утра — в тот редкий момент, когда она только-только прикрыла глаза.

— Ларисочка, родная, — голос был тёплым, масляным. — Мы с отцом тут подумали… Ты теперь женщина деловая, при деньгах. Семья ведь должна держаться вместе.

Лариса медленно села на кровати. Михаил спал рядом — измученный, с тенью под глазами. Она вышла на кухню и закрыла дверь.

— Анна Сергеевна, если вы по поводу извинений — я слушаю, — спокойно сказала она.

На том конце повисла пауза.

— Ну зачем сразу так… — протянула свекровь. — Я же как лучше хотела. Мы ведь не знали, что у тебя такое дело. Если бы знали — разве стали бы вмешиваться?

Лариса усмехнулась. Она слишком хорошо помнила, как «наводили порядок» в её шкафах.

— Чего вы хотите? — спросила она прямо.

— Совсем чуть-чуть, — оживилась Анна Сергеевна. — Ире нужна работа. Ты бы взяла её к себе. Помогать. Всё равно ты одна не справляешься.

Лариса закрыла глаза. Вот оно.

— Я подумаю, — ответила она. — И перезвоню.

Она не перезвонила.

А через три дня ей написал человек, которого она не ожидала увидеть в директе.

Марина.

Лариса, привет. Не хочу, чтобы это выглядело странно, но у меня есть деловое предложение.

Лариса перечитала сообщение дважды. Деловое. От Марины.

Я тоже занимаюсь сумками. Думаю, нам стоит объединиться. У тебя дизайн, у меня — продвижение. Вместе мы можем зарабатывать больше.

Лариса долго смотрела на экран. Перед глазами всплывали насмешки в коридоре, злые взгляды, шёпот за спиной.

— Что ты думаешь? — спросил Михаил, когда она показала ему переписку.

Он нахмурился.

— Не нравится мне это. Слишком вовремя.

— Мне тоже, — кивнула Лариса. — Я откажусь.

Она написала вежливо, коротко. Без объяснений.

Ответ пришёл почти сразу.

Жаль. Тогда просто знай: в этом бизнесе выживают не только талантливые.

Лариса почувствовала холодок.

Через неделю в интернете появилась страница.

LARISSA BAGS.

Логотип — подозрительно похожий. Фото — сумки, которые слишком напоминали её модели. А под одним из постов Лариса увидела знакомые руки. Свой старый образец, который она когда-то оставляла в поликлинике.

— Она украла, — прошептала Лариса. — Марина украла мои идеи.

Михаил сжал кулаки.

— Мы это так не оставим.

Но дальше стало хуже.

Марина написала пост:

Настоящие мастера работают честно, а не прикрываются связями с «известными людьми».

Комментариев было сотни. Кто-то сомневался, кто-то верил. Репутация LARA оказалась под ударом.

А потом случился удар ниже пояса.

Анна Сергеевна дала интервью местному онлайн-изданию.

— Моя невестка всегда была… фантазёркой, — говорила она с печальной улыбкой. — Все эти сумки — идея не её. Она просто удачно примазалась.

Лариса смотрела видео и чувствовала, как внутри что-то ломается. Не боль — злость. Холодная, ясная.

— Всё, — сказала она. — Хватит.

Они действовали тихо.

Лариса собрала все доказательства: эскизы с датами, переписки, фото процесса, чеки на материалы. Михаил связался с юристом. А Ангелина — та самая жена начальника — предложила помощь с PR.

— Правда на вашей стороне, — сказала она. — А правда сейчас — лучшая стратегия.

Через две недели вышел большой материал:

«Кто стоит за брендом LARA: история мастера, которую пытались стереть».

С фото мастерской. С видео, где Лариса работает руками. С документами.

А через день страницу LARISSA BAGS заблокировали за плагиат.

Марина исчезла из поликлиники. Говорили, что уволилась «по собственному».

Анна Сергеевна позвонила снова.

— Лариса… — голос дрожал. — Мы не думали, что так выйдет.

— Я знаю, — ответила Лариса. — Вы думали только о себе.

— Мы семья…

— Семья — это уважение, — спокойно сказала Лариса. — А не шкафы без спроса.

Она положила трубку.

Через год бренд LARA открыл маленький шоурум. На открытие пришло много людей. Среди них — Валентина Петровна.

— Я всегда знала, — сказала она, обнимая Ларису. — Тихие — они самые сильные.

Михаил стоял рядом, держал её за руку.

— Знаешь, — прошептал он, — я благодарен им.

— Кому?

— Тем, кто не верил. Без них мы бы не стали такими.

Лариса улыбнулась.

Теперь в её шкафах был порядок.

И больше никто не смел туда лезть.