Перенеси свой день рождения

«Перенеси свой день рождения»

— Перенеси свой день рождения! — лицо свекрови побледнело, но голос оставался твёрдым, почти металлическим. — В этот день мы будем отмечать другой праздник.

Я как раз аккуратно поставила торт на середину стола и отступила на шаг, прикидывая, как он будет смотреться со свечами. Крем был идеально ровным, надпись — такой, как я заказывала, с тонким золотым кантом. Мне вдруг захотелось сделать фотографию, сохранить этот момент — предвкушение, радость, ощущение, что впереди что-то тёплое и моё.

Именно в этот момент хлопнула входная дверь.

Свекровь вошла быстро, уверенно, как человек, который не сомневается в своём праве быть здесь. Она даже не сняла пальто сразу, только скинула шарф на тумбу, словно торопилась перейти к главному. Поздоровалась вскользь, почти машинально, и сразу прошла на кухню.

— Перенеси день рождения! — сказала она без вступлений, будто мы продолжали разговор, начатый ранее.

Я моргнула. На секунду мне показалось, что я что-то перепутала. Может, она оговорилась? Может, имела в виду дату встречи, гостей, время?

— Простите… что? — переспросила я и неловко улыбнулась, стараясь перевести всё в шутку. — День рождения ведь не совещание. Его же не перенесёшь, как собрание.

— Не перенесёшь? — свекровь прищурилась. — Очень даже перенесёшь. Мы решили праздновать другое событие. В этот день. Так что тебе придётся сдвинуться.

Слова прозвучали так спокойно, будто речь шла о перестановке стульев. Я машинально вытерла руки полотенцем, хотя они были сухими. В кухне вдруг стало душно, воздух словно сгустился.

— Я готовлюсь к этому дню уже месяц, — сказала я медленно, стараясь сохранять спокойствие. — Всё заказано. Зал, еда, торт, гости. Я не могу просто взять и отменить.

— А вот так! — резко сказала она и даже слегка топнула ногой. — У нас с Иваном годовщина свадьбы. Сорок лет. Мы решили отметить, собрать всех родственников. Это важнее.

Она произнесла «важнее» с таким нажимом, что спорить казалось бессмысленно.

— Ты молодая, — добавила она. — У тебя ещё будут праздники.

Эти слова больно кольнули. Молодая… будто это аргумент. Будто моё время менее ценно, потому что у меня его больше.

— Мама, — раздался голос мужа из комнаты. Он сидел на диване, уткнувшись в телефон. — Ну зачем так сразу?

— Всё правильно, — отрезала свекровь. — Пусть перенесёт на недельку. Что тут сложного?

— На недельку? — я невольно усмехнулась, хотя внутри всё сжималось. — И как мне это объяснить людям? «Извините, моя дата рождения временно отменяется по семейным обстоятельствам»?

Свекровь посмотрела на меня холодно:

— Не язви. Старшие в семье решают такие вопросы.

— Старшие решают… — я повторила, чувствуя, как внутри поднимается волна. — Мою жизнь и мои праздники тоже?

— Не преувеличивай, — махнула она рукой. — Это всего лишь день рождения.

Я посмотрела на мужа. Он отвёл глаза, будто экран телефона вдруг стал самым важным в мире. В этот момент я почувствовала себя удивительно одинокой. Дом был наш, но ощущение — будто я здесь временно, будто мне просто позволили пожить.

— Пойми, — сказала свекровь уже мягче, почти снисходительно. — У нас юбилей. Сорок лет брака. Такое бывает раз в жизни.

— А у меня день рождения, — ответила я тихо. — Он тоже бывает раз в году. И он тоже мой.

— Несравнимо, — фыркнула она. — У тебя ещё будут десятки таких дней. А у нас — событие. Родственники уже ждут.

Голова закружилась. Всё, что я планировала, все разговоры, предвкушение — вдруг обесценилось.

— Я месяц этим занималась, — прошептала я. — Даже платье купила…

— Платье наденешь потом, — спокойно сказала она. — У нас всё тоже заказано. Мы ничего переносить не будем. Ты должна понять.

— А я? — голос дрогнул. — Я тоже человек. Почему всегда должна подстраиваться я?

— Потому что ты жена моего сына, — уверенно сказала она. — Значит, поддержка семьи — твоя обязанность.

Муж наконец поднял голову:

— Мама, ну хватит, — сказал он примиряюще. — Может, как-то совместим? Разные части дня…

— Совместим?! — она вспыхнула. — На нашем юбилее будут кричать «с днём рождения»? Ни за что! Это наш день, и я не позволю его затмить!

— Никто и не собирается затмевать, — сказала я. — Можно просто разные даты…

— Поздно. Всё решено, — отрезала она. — Старшие поставили точку.

Тишина повисла тяжёлая. Муж снова уткнулся в телефон. Я чувствовала, как внутри всё кипит. Если сейчас промолчу — потом будет хуже, мелькнула мысль.

Я вышла из кухни, чтобы перевести дыхание. Сердце колотилось, руки дрожали. В прихожей я прислонилась к стене и закрыла глаза.

В этот момент снова хлопнула дверь.

— О, именинница! — раздался колючий голос Натальи, сестры мужа. — Уже успела поссориться с мамой?

— Мы не ссоримся, — ответила я спокойно. — Мы просто обсуждаем.

— Да ладно, — усмехнулась она. — Серьёзно думаешь, что твой день рождения важнее юбилея родителей?

— Я думаю, что это разные вещи, — сказала я твёрдо. — И обе важны.

— Ой, не начинай, — махнула она рукой. — Могла бы уступить.

— Почему всегда я? — вырвалось у меня. — Почему не вы?

— Потому что всё уже организовано, — холодно сказала Наталья. — И вообще… ты только вошла в семью, а уже хочешь всё по-своему.

Эта фраза стала последней каплей.

Я выпрямилась.

— Я не «вошла». Я здесь живу. Это мой дом. И мой день рождения — тоже мой.

В комнате наступила тишина. Даже муж поднял голову.

— Я не буду ничего переносить, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Кто хочет — пусть приходит. Кто считает, что мой праздник не важен — это его выбор.

Свекровь медленно повернулась:

— Ты пожалеешь об этом.

— Возможно, — ответила я. — Но если я сейчас уступлю, потом мне придётся уступать всегда.

И впервые за всё время мне стало легче дышать.

После моих слов в прихожей повисла тишина — плотная, вязкая, как сироп. Даже часы на стене вдруг стали слышны слишком громко, будто нарочно отсчитывали секунды до очередного взрыва.

Свекровь смотрела на меня так, словно впервые увидела по-настоящему. Не невестку, не «жену сына», а чужого человека, который осмелился сказать «нет».

— Вот как, — произнесла она медленно. — Значит, ты решила пойти против семьи.

— Я решила пойти за себя, — ответила я. Голос дрожал, но я не отступила. — Я никому ничего не запрещаю. Я просто не отменяю свою жизнь.

Наталья усмехнулась, но в этой усмешке уже не было прежней уверенности.

— Слышала бы ты себя, — сказала она. — Прямо трагедия века. День рождения…

— А ты попробуй хоть раз подготовиться к празднику для себя, — неожиданно резко сказала я. — Не «по просьбе», не «ради мамы», не «потому что надо», а потому что хочется.

Наталья открыла рот, но ничего не сказала.

Муж поднялся с дивана. Видно было, что ему неловко, что он разрывается между привычным комфортом — не вмешиваться — и тем, что ситуация зашла слишком далеко.

— Лена… — начал он осторожно. — Может, всё-таки обсудим спокойно?

Я посмотрела на него. По-настоящему посмотрела — впервые за этот вечер.

— Мы уже обсуждали, — сказала я. — Я месяц обсуждала это сама с собой, когда выбирала зал, меню, музыку. Я радовалась. А сейчас меня просто ставят перед фактом: «Отмени».

Он вздохнул.

— Мам, — наконец сказал он и повернулся к свекрови. — Может, правда не стоит так давить? Это её день.

Свекровь резко развернулась к нему:

— Ты на чьей стороне?

Этот вопрос повис в воздухе, как приговор.

Он замолчал. И это молчание сказало больше любых слов.

Я почувствовала знакомое жжение в груди — не обиду даже, а ясность. Вдруг стало кристально понятно: если я сейчас снова сделаю шаг назад, то исчезну окончательно.

— Я всё сказала, — произнесла я спокойно. — Мой праздник будет. В назначенный день.

— Тогда считай, что ты нас оскорбила, — холодно сказала свекровь. — Мы не придём.

— Это ваш выбор, — ответила я. — Как и мой — не отменять себя.

Она взяла сумку, резко накинула пальто.

— Пойдём, Наталья, — бросила она. — Здесь нас не ценят.

Дверь захлопнулась с глухим стуком.

В квартире стало непривычно тихо.

Я медленно прошла на кухню и посмотрела на торт. Такой красивый, аккуратный, сделанный для меня. На глазах выступили слёзы — но я не позволила им упасть.

— Ты мог бы меня поддержать, — сказала я, не оборачиваясь.

Муж стоял в дверях.

— Я не хотел скандала…

— А я не хотела исчезнуть, — ответила я. — Но, кажется, в этой семье выбирают только одно.

Он молчал.

День рождения

В тот самый день я проснулась рано. В квартире было тихо. Муж уехал «по делам» ещё с утра — я не спрашивала, каким.

Я посмотрела на себя в зеркало. Надела то самое платье. Оно сидело идеально.

И вдруг поняла: что бы ни было дальше — этот день у меня уже не отнять.

Вечером пришли гости. Мои друзья. Моя сестра. Люди, которые не спрашивали, «важно ли это», а просто сказали:

— С днём рождения. Мы рады быть с тобой.

Мы смеялись. Поднимали бокалы. Фотографировались. Я задула свечи и загадала не желание — решение.

Позже, уже ночью, когда гости разошлись, в дверь позвонили.

На пороге стоял муж. Уставший. Потерянный.

— Я был у родителей, — сказал он. — Юбилей… прошёл хорошо.

— Я рада, — ответила я честно.

Он посмотрел на меня внимательно:

— Ты изменилась.

— Нет, — сказала я. — Я просто перестала быть удобной.

Он кивнул. Долго молчал.

— Мне нужно время, — сказал он наконец.

— Возьми, — ответила я. — А мне нужно уважение. Без него я больше не могу.

Он ушёл спать в другую комнату.

А я выключила свет, легла и впервые за долгое время почувствовала не страх — а спокойствие.

Потому что свой день рождения я отстояла.

И вместе с ним — себя.