Приехал на обед и обомлел: Мать выгоняла мою жену и детей из нашего нового дома
Правда, Федор Васильевич, отец девушки, сразу поставил жесткое условие: парень обязался немедленно отвести дочку в ЗАГС. — Внук или внучка должны появиться на свет в законной семье, и точка! — отрезал мужчина. — Раз уж замахнулись на взрослую жизнь, делайте все по-человечески. Пора взрослеть, молодежь!
Свадебное торжество вышло тихим и бюджетным, все расходы взяли на себя родители невесты. Чтобы не отставать от жизни, молодожены поступили на заочное отделение в институт и сразу же принялись искать источники дохода. Сергей устроился на автомойку к своему отцу, стал приносить в дом первые самостоятельные деньги и вскоре смог арендовать для их маленькой семьи скромное жилье на самой окраине столицы. Лизу же пристроила к себе на швейное производство ее мама, Ольга. Для девушки это стало идеальным вариантом: она занималась любимым делом, зарабатывала свою копеечку и при этом трудилась в комфортных для ее положения условиях.
Время шло своим чередом. Молодая семья потихоньку вставала на ноги, финансовое положение становилось стабильнее. Вслед за старшей дочкой Ксюшей на свет появилась маленькая Анечка — разница у девочек составила всего два года. Сестренки росли невероятно дружными: делились последней конфеткой, обменивались игрушками и вместе шагали в школу. Жили они хоть и без роскоши, но во всем необходимом отказа не знали.
Лиза так и осталась трудиться под крылом у матери, а Сергей пару лет назад решился на смелый шаг и открыл свое небольшое дело. И пускай его бизнес пока не приносил золотых гор, заработка вполне хватало на аренду квартиры и качественные продукты. Ну а то, что оставалось, они тратили на скромные семейные радости — пару раз в месяц обязательно выбирались с дочками в кинотеатр или на аттракционы.
Однако в мыслях супруги всегда лелеяли одну большую общую мечту — построить собственный просторный коттедж за городом, который стал бы настоящим родовым гнездом. Лиза перед сном часто представляла, как на их участке зацветет вишневый сад, а Сережа закрепит на ветках качели для девочек и соорудит для них уютный деревянный домик на дереве.
На эту заветную цель они начали откладывать с первых же доходов от Сережиного бизнеса. Копилка пополнялась скромно, но регулярно — уж очень сильно им хотелось возвести дом именно своими руками, с самого фундамента, а не покупать готовый вариант.
На поддержку со стороны Сережиной родни молодые даже не надеялись: влезать в долги перед близкими не хотелось, да и просить было неудобно. К тому же Таисия Степановна, мать Сергея, из принципа не дала бы сыну ни рубля, ведь она уже много лет держала на него глубокую обиду.
Женщина изначально была категорически против выбора сына и невзлюбила невестку с первого взгляда. Она считала Лизу легкомысленной особой и часто ворчала, что порядочные девушки в таком возрасте с парнями не гуляют. А уж когда открылась правда о беременности, свекровь и вовсе пришла в неописуемое бешенство. «Какая еще свадьба в ваши годы?! Какой ребенок?!» — бушевала Таисия. «От меня финансовой помощи не ждите, даже не заикайтесь! Сами кашу заварили — сами расхлебывайте!»
С тех пор уплыло много воды. Свекровь так и не смогла переступить через себя и принять невестку, хотя Лиза, будучи человеком мягким и совершенно неконфликтным, изо всех сил старалась растопить это лед и заслужить расположение матери мужа. Но Таисия Степановна оставалась непреклонной и при каждой редкой встрече с сыном заводила одну и ту же унылую песню. — Твоя Лизавета, я погляжу, отлично устроилась на твоей шее. Прикидывается овечкой беззащитной, а сама четко знала, кого к рукам прибирает.
Ты же у меня парень не глупый, вон, свое дело раскрутил! Да уж, хитрости ей не занимать… — выговаривала Таисия, шагая с сыном под руку. Сергей в такие моменты лишь тяжело вздыхал и закатывал глаза от вечных претензий. — И что ты только в ней нашел? Худая, бледная, посмотреть не на что. Да и хозяйка из нее никакая: сколько ни приду, вечно у вас на полу соринки, в детской игрушки колом стоят, карандаши раскиданы. Разве это мать? Чему она детей учит? Девочки ведь растут, должны к чистоте и порядку с пеленок привыкать!
К собственным внучкам женщина тоже относилась со странной прохладой. Вроде бы и признавала их по законам крови — все-таки родное продолжение сына, но особой нежности не проявляла, ведь девочки родились от нелюбимой ею женщины. Да и с самим Сергеем она начала нормально разговаривать только тогда, когда испугалась, что сын окончательно отдалится от нее и уйдет в семью жены. А к этому все и шло, ведь родители Лизы души не чаяли в зяте, обожали внучек и всегда подставляли плечо в трудную минуту.
Когда молодые наконец-то накопили на земельный участок, Федор Васильевич тут же вызвался помочь с возведением дома. Обладая огромным опытом в строительстве, отец Лизы стал для зятя главным наставником и помощником. Мужчины вдвоем пропадали на объекте, а творческая Лиза в это время с головой ушла в планирование интерьера и создание будущего уюта. Следующие полтора года превратились для семьи в настоящее испытание на прочность.
Сергей вкалывал на основной работе до седьмого пота, Лиза тоже не отставала, а каждые выходные муж вместе с тестем уезжал за город — месить бетон и класть кирпичи. Закупка материалов и аренда техники выжимали из семейного бюджета все соки. Приходилось затягивать пояса, экономить на еде и донашивать старые вещи, но никто не роптал, ведь впереди маячила их общая большая мечта.
И вот этот счастливый день настал — дом был готов к заселению. Большая семья собралась на пороге просторного двухэтажного коттеджа, радостно обнимаясь. Пусть внутри еще вовсю требовался косметический ремонт, снаружи здание выглядело потрясающе. Новоселье отметили на новой светлой кухне под звон бокалов и дружный хохот. Полный переезд наметили на ближайшие недели, чтобы спокойно перевезти вещи и разобраться с бумагами.
Жизнь за городом вдохнула в супругов новые силы. Общая победа еще сильнее скрепила их союз, в доме наконец-то воцарились долгожданная гармония и покой. Единственной ложкой дегтя стала Таисия Степановна. Стоило молодым обосноваться на новом месте, как она повадилась заезжать в гости чуть ли не каждую неделю. Оправдывалась тем, что безумно скучает по внучкам, хотя, переступив порог, даже не заглядывала в детскую комнатку.
У Лизы каждый раз замирало сердце, когда в дверном глазке появлялся знакомый силуэт свекрови в тяжелом пальто. Девушка брала секундную паузу, чтобы собраться с мыслями, открывала дверь и натягивала вежливую улыбку. Она прекрасно понимала, что этот визит снова обернется порцией критики. — Вот, решила лично проконтролировать, как вы тут устроились на барских хлебах, — с порога заявила Таисия Степановна, по-хозяйски заложив руки за спину и осматривая холл первого этажа. — Все хорошо, мама, обживаемся потихоньку, — стараясь сохранять спокойствие в голосе, ответила Лиза, хотя у нее внутри все дрожало. — В гостиной вот почти все доделали. Пойдемте, покажу.
В душе девушка горячо молилась, чтобы свекровь не начала придираться к мелочам. Но Таисия Степановна, привыкшая все держать под своим жестким контролем, всегда находила повод для недовольства, даже если Лиза просто стояла рядом. — Ну да, вижу я… Больше месяца тут обитаете, а строительную грязь по углам так и не выгребли, — брезгливо проворчала женщина, остановившись в дверях комнаты, и уставилась на невестку. — Лизонька, порядок в доме — это чисто женская забота, мужчина этим заниматься не должен. Понимаешь, к чему я веду? — Таисия Степановна… — Что «Таисия Степановна»? Мне уже шестой десяток пошел, меня учить не надо! Лиза, ну сколько можно? Ты взрослая женщина или девочка маленькая? — вспылила свекровь. — Так трудно взять ведро с водой, тряпку и вымыть как следует полы?!
Не дождавшись ответа, женщина смерила Лизу презрительным взглядом, укоризненно покачала головой и, продолжая бубнить себе под нос, направилась в сторону кухни. — Никакого толку от тебя в доме нет. Нашел же Сережка себе наказание… Сын всю семью на себе тащит, копейку в дом несет, в эту махину столько средств вложил! А я ведь ему твердила с самого начала: «Не спеши, сынок, посмотри на нее повнимательнее! Из нее хозяйка как из сита решето!» И ведь как в воду глядела! Ты уж не обижайся, Лизонька, но раз ты в обычной двушке порядок поддержать не могла, то здесь и подавно все грязью зарастет!
Этот кошмар продолжался целый год. Таисия Степановна регулярно наезжала с «проверками» именно в те часы, когда Сергея не было дома, и изводила невестку бесконечными придирками. Лиза, робея перед напористой свекровью, не находила сил дать ей отпор. Все, что ей оставалось — со слезами на глазах делиться переживаниями с мужем. Сергей пытался беседовать с матерью, просил оставить их в покое, но его слова отскакивали от нее как от стенки горох.
Однако в один из дней мужчина лично столкнулся с тем, что творилось в его отсутствие. В тот полдень Сергей неожиданно освободился пораньше и решил устроить сюрприз — приехал домой пообедать. Едва выйдя из машины, он услышал громкие крики матери, доносившиеся из открытого окна второго этажа. Предчувствуя неладное, он взлетел по лестнице вверх. Картина, которая предстала перед его глазами, повергла его в шок: посреди спальни стояла Таисия Степановна с огромным дорожным чемоданом и на повышенных тонах отчитывала Лизу, а напуганные Ксюша и Анечка, забившись в угол кровати, горько плакали. Увидев отца, девочки с плачем бросились к нему в объятия, ища спасения.
Заметив появление сына, Таисия Степановна на мгновение осеклась и начала судорожно подбирать слова, понимая, что застигнута врасплох не в самый подходящий момент. Лиза стояла бледная, полностью ушедшая в себя, и лишь робко смотрела на мужа из-за спины свекрови, безмолвно моля о помощи. — Что здесь, черт возьми, происходит? — грозно спросил Сергей. — Мама, что за истерику ты тут устроила? Зачем ты притащила чемодан? — Папа, бабушка нас из дома выставляет! Пришла с вещами, командует тут, говорит, что теперь она будет здесь жить вместо нас! — всхлипывая, пролепетала старшая дочка, пока младшая Ксюша со слезами побежала обнимать маму. — Выгоняет? Что за глупости, — попытался перевести все в шутку Сергей, глядя на мать в надежде на опровержение.
Однако лицо Таисии Степановны выражало такую надменность и твердую уверенность в своей правоте, что мужчина понял: дочь не придумывает. Мужчина был в ступоре от такой наглости. Он давно привык к непростому характеру матери, но эта выходка переходила все мыслимые границы человеческого понимания. — Мама, я жду объяснений. Что это значит?
— А чего тут объяснять?! — тут же перешла в атаку женщина, выставляя себя несчастной и обделенной. — Сын такой шикарный особняк отгрохал! Два этажа, куча комнат, территория огромная — красота! А твоя родная мать должна остаток дней в старой хрущевке коротать? Обо мне ты подумал? Я тоже заслужила пожить в нормальном, просторном доме на старости лет! Я тебя одна поднимала, ночей не спала, когда твой отец к другой ушел, образование тебе дала, на ноги поставила! Неужели я не имею права на спокойную старость в комфорте, по-твоему? — Мама, что ты несешь? Мы никогда об этом даже близко не разговаривали! Ты мне ни разу не заикнулась о переезде, а теперь заявляешься с вещами втихаря, пока меня нет дома! — А мне что, к собственному сыну уже и приехать нельзя без письменного разрешения?! По расписанию жить должна?
С каких это пор дети от родной матери двери на замок закрывают? Да я к внучкам приехала, если хочешь знать! — Она все придумывает! Придумывает! Она прямо сказала, чтобы мы убирались! — сквозь слезы выкрикнула Ксюша, крепче прижимаясь к матери. — Это правда? Лиза, скажи хоть слово, не молчи! — Правда, Сережа… — тихо произнесла Лиза, с опаской поглядывая на разбушевавшуюся свекровь. Но, переборов страх, продолжила увереннее: — Таисия Степановна приехала полчаса назад, начала колотить в дверь. Стоило мне открыть, как она ворвалась с этим чемоданом, бесцеремонно оттолкнула меня и принялась раздавать приказы. Сказала, чтобы я собирала вещи и вместе с детьми уматывала либо на старую съемную квартиру, либо к своим родителям.
Свекровь демонстративно уперла руки в бока и язвительно хмыкнула, всем своим видом показывая, что ее пытаются нагло оклеветать перед сыном. — Еще она заявила, что отныне она здесь полноправная хозяйка и будет жить с тобой. Якобы вы давно обо всем договорились по телефону, и ты дал свое полное согласие на ее переезд… — Да это же бред чистой воды! Мама, ты вообще соображаешь, какой цирк ты тут устроила?! — не выдержал и закричал разгневанный Сергей. — Какое отношение ты имеешь к этому дому?! Кто тебе дал право распоряжаться моим жильем и решать, кому тут находиться, а кому нет?! — Не смей орать на мать! — взвизгнула Таисия Степановна. На её лице не было ни капли стыда, только глухое упрямство и готовность стоять на своем до победного. — Посмотрите на него, какой важный выискался! Мать для него теперь пустое место!
— Да ты сама никого вокруг себя не уважаешь! Ты Лизе прохода не даешь, вечно клюешь ее, поучаешь, грязью поливаешь! Раньше в нашу съемную квартиру без стука вламывалась, теперь сюда решила заявляться когда вздумается! Без звонка, без предупреждения! А к тебе в гости попробуй приди без приглашения — на порог не пустишь! — Не смей со мной спорить! Я жизнь прожила, у меня опыта побольше твоего будет! Я твоей благоверной добра желаю, хочу сделать из нее нормальную женщину и хозяйку! Неужели ты сам не видишь, что взял в жены абсолютную неумеху?! — Наша мама хорошая и все умеет! — высунувшись из-за Лизиной спины, выкрикнула Ксюша и показала бабушке язык.
— Все, хватит! С меня довольно этого балагана! — оборвал всех Сергей. — Мне до смерти надоели твои вечные скандалы, мама! Ты возомнила себя главным судьей в нашей жизни! Ты ни во что не ставишь ни меня, ни мою супругу, ни моих дочерей! Ты всех вокруг считаешь ничтожествами, которым ты сделала одолжение своим существованием!
В порыве ярости Сергей схватил стоящий рядом чемодан матери и с силой толкнул его вниз. Вещи с грохотом полетели по ступеням лестницы. Мужчина тяжело дышал от подступившего гнева. — А теперь ты берешь свои манатки и немедленно выметаешься из моего дома! Чтобы духу твоего здесь больше не было, пока я сам тебе не разрешу прийти! — Ах, вот ты как заговорил?! Ну и пожалуйста! — вспыхнула Таисия Степановна и, злобно погрозив сыну указательным пальцем, добавила: — Но запомни раз и навсегда: это не ты меня выставил за дверь, это я сама ухожу! Сама ухожу из этого вертепа, где родную мать ни во что не ставят! Вот, значит, какого сына я вырастила на свою голову… Неблагодарный эгоист! Вот и оставайся в этом гадюшнике со своей бесхребетной, хитрой девкой и невоспитанными наглыми девчонками! Посмотрим, как вы запоете, когда прижмет! Понадобится помощь — ко мне даже не суйтесь, порог не переступите!
С силой оттолкнув сына с дороги, женщина вихрем скатилась по лестнице на первый этаж. Она схватила валявшийся на полу чемодан и, спотыкаясь от злости, вылетела на улицу, даже не удосужившись закрыть за собой входную дверь. На этой жуткой ноте скандал наконец-то утих.