Ты хоть бы сырники детям пожарила
— Ты хоть бы сырники детям пожарила, что ли! Время десять утра, они голодные ходят, а ты в свой ноутбук уткнулась!
Голос золовки прозвучал так громко и требовательно, что Нина вздрогнула и случайно удалила на чертеже целую аллею крупномеров. На экране ноутбука образовалась пустая зеленая плешь.
Нина несколько секунд молча смотрела на экран, потом нажала комбинацию клавиш для отмены действия и медленно повернулась.
В дверях кухни-гостиной стояла Лера.
На ней был шелковый халат Нины, который золовка без спроса достала из шкафа еще три дня назад. Волосы Леры были собраны на макушке, в одной руке она держала пустую чашку, а выражение лица говорило о том, что хозяйка дома только что совершила нечто ужасное.
— Лера, в холодильнике есть йогурты, творог, хлопья, молоко и фрукты, — спокойно произнесла Нина. — Мальчикам по восемь лет. Они вполне могут сами насыпать себе хлопья.
— Хлопья? — Лера округлила глаза. — Нина, ты серьезно? Дети приехали в гости к бабушке и дяде, а ты предлагаешь им сухие хлопья?
— Я предлагаю тебе воспользоваться продуктами, которые находятся в холодильнике.
— А сырники?
— Я работаю.
— Все работают! — отрезала Лера. — Но почему-то нормальные женщины успевают и работать, и семью обслуживать.
Нина почувствовала, как внутри что-то неприятно дернулось.
Она посмотрела на часы.
10:07.
Через пятьдесят три минуты ей нужно было отправить заказчику финальный эскиз участка. Если она не успеет, придется переносить презентацию, а клиент и так ждал проект почти месяц.
— Лера, я сейчас не могу готовить.
— Конечно, — усмехнулась та. — Ты же у нас бизнесвумен.
Она развернулась и вышла из кухни.
Нина снова повернулась к ноутбуку.
Но сосредоточиться уже не получилось.
За стеной раздался детский крик.
— Ба-а-а-бушка! Мы есть хотим!
— Сейчас Нина что-нибудь приготовит! — громко ответила Зинаида Петровна.
Нина закрыла глаза.
Вот именно это и стало последней каплей.
Она медленно поднялась из-за стола.
За последние восемь дней она слышала это «Нина приготовит» столько раз, что уже могла предсказывать интонацию.
Нина приготовит завтрак.
Нина накроет на стол.
Нина уберет после шашлыков.
Нина покажет, где полотенца.
Нина принесет уголь.
Нина разберется с бассейном.
Нина закажет продукты.
Нина отвезет детей в магазин.
Нина сварит суп.
Нина постирает полотенца.
Нина…
А ведь изначально они собирались приехать всего на выходные.
В прошлую пятницу Зинаида Петровна позвонила Нине вечером.
— Деточка, мы тут подумали, — начала она ласковым голосом, — почему бы нам к вам на дачу не приехать? Погода прекрасная, шашлычок, банька, дети на воздухе побегают. Всего на два дня.
— Конечно, приезжайте, — ответила Нина.
Она действительно была рада.
Дом был большой, места хватало всем. Три спальни для гостей, просторная кухня, терраса, баня, бассейн. Нина с Павлом строили его почти два года.
— Только Павла предупредите, — попросила Нина.
— А что его предупреждать? Это же его родня!
В пятницу вечером приехали Зинаида Петровна, Лера с мужем Вадимом и двое восьмилетних близнецов — Артем и Егор.
С собой они привезли шесть огромных сумок.
— Мы же всего на выходные, — засмеялась Лера.
Нина тогда тоже улыбнулась.
Она еще не знала, что выходные растянутся на неделю.
В субботу утром никто не спешил уезжать.
В воскресенье вечером Зинаида Петровна сказала:
— Ну куда мы сейчас по пробкам? Останемся до понедельника.
В понедельник Вадим объявил:
— Я на удаленке, мне без разницы, где работать.
Во вторник Лера сказала:
— Детям так хорошо здесь! Посмотрите, какие они довольные.
В среду Зинаида Петровна вдруг заявила:
— Мы, наверное, до конца недели побудем. Дом же пустовать не будет.
А Павел каждый раз пожимал плечами.
— Ну пусть отдыхают. Нам что, жалко?
Нина ничего не говорила.
Потому что ей тоже сначала казалось: ну и что?
Но постепенно их отдых превратился в ее работу.
Утром первого дня Нина приготовила завтрак.
На второй день Лера сказала:
— А ты обычно кашу варишь или омлет?
На третий:
— Было бы здорово, если бы на обед был борщ.
На четвертый:
— Дети любят домашние котлеты.
На пятый Нина проснулась в шесть утра от того, что Артем и Егор бегали по коридору и кричали.
Она вышла из спальни.
— Ребята, почему вы не спите?
— Бабушка сказала, что мы можем вставать!
Нина посмотрела на Зинаиду Петровну, которая спокойно пила чай.
— Дети соскучились по свежему воздуху, — пояснила свекровь.
В этот день Нина работала до двух ночи.
Ей нужно было закончить проект для клиента.
В семь утра Лера уже стучала в дверь:
— Нина! А где кофе?
Нина открыла глаза и несколько секунд не понимала, где находится.
— В кухне.
— Кофемашина сама не включается.
— Там кнопка.
— Я боюсь что-нибудь сломать.
Нина молча встала.
В тот момент она впервые подумала:
«А почему вообще я должна вставать?»
Но вслух ничего не сказала.
Теперь, на восьмой день, она сидела перед ноутбуком и понимала, что больше не может.
Нина закрыла файл.
Потом открыла календарь.
Сегодня у нее была назначена видеоконференция.
Сегодня нужно было отправить проект.
Сегодня она должна была получить предоплату по новому контракту.
А вместо этого она стояла на кухне и слушала, как Лера возмущается отсутствием сырников.
Она посмотрела на свои руки.
Потом на шелковый халат золовки.
Потом на гору грязной посуды.
И вдруг совершенно спокойно спросила:
— Лера, а где Павел?
— В бане с Вадимом.
— А Зинаида Петровна?
— С детьми во дворе.
— Хорошо.
Лера нахмурилась.
— Что хорошо?
— Ничего.
Нина вернулась к ноутбуку.
Через двадцать минут она закончила работу.
Еще через десять отправила проект заказчику.
И только после этого закрыла компьютер.
Она поднялась наверх.
Открыла шкаф.
Достала небольшую дорожную сумку.
Положила туда несколько вещей.
Потом взяла документы, кошелек, зарядку и телефон.
Спустилась вниз.
Никто не обратил на нее внимания.
В гостиной играли дети.
Зинаида Петровна смотрела телевизор.
Вадим вернулся из бани и разговаривал с Павлом.
Лера листала телефон.
Нина подошла к столу.
Положила ключи.
— Я уезжаю.
Все замолчали.
Павел первым поднял голову.
— Куда?
— В город.
— Зачем?
— Работать.
Лера удивленно усмехнулась:
— Сейчас?
Нина посмотрела на нее.
— Да. Сейчас.
Зинаида Петровна нахмурилась.
— Но мы же здесь.
— Я вижу.
— А кто будет готовить?
Нина пожала плечами.
— Не знаю.
Наступила тишина.
— Нина, ты серьезно? — Павел встал. — Ты куда собралась?
— Дом остается в вашем распоряжении.
— Я не об этом.
— А о чем?
Павел растерялся.
— Ты не можешь просто взять и уехать.
Нина посмотрела ему прямо в глаза.
— Почему?
— Потому что здесь моя семья.
— Именно поэтому я и уезжаю.
Лера вскочила.
— Это вообще ненормально! Мы приехали к вам в гости!
— На выходные.
— Ну и что?
— Сегодня восьмой день.
Лера замолчала.
Нина взяла сумку.
— Я приглашала вас в гости, а не нанималась обслуживать вашу семью.
Зинаида Петровна всплеснула руками.
— Господи, да кто тебя просит обслуживать? Мы просто хотим нормально отдыхать!
Нина тихо усмехнулась.
— Тогда отдыхайте.
Она посмотрела на мужа.
— Павел, я надеюсь, ты хотя бы сегодня поймешь, почему я уезжаю.
— Нина…
— Я не хочу ссориться. Я просто больше не буду делать вид, что мне комфортно.
Она развернулась и пошла к двери.
— Ты бросаешь нас? — крикнула Лера.
Нина остановилась.
Повернулась.
— Нет. Я возвращаю себе свою жизнь.
И вышла.
Первые двадцать минут за рулем Нина плакала.
Не от обиды.
От облегчения.
Она ехала по трассе и впервые за неделю слышала тишину.
Никто не кричал.
Никто не спрашивал, где кофе.
Никто не требовал сырников.
Телефон завибрировал.
Павел.
Нина не ответила.
Через минуту пришло сообщение:
«Ты серьезно?»
Потом:
«Нам что теперь делать?»
Она усмехнулась.
Через пять минут:
«Лера говорит, что дети голодные».
Нина посмотрела на сообщение и написала:
«В холодильнике есть продукты».
Павел ответил:
«Ты могла хотя бы предупредить».
Нина остановила машину на парковке.
Открыла чат.
И написала:
«Я предупреждала. В первый день. Я говорила, что работаю. Я говорила, что мне нужен рабочий кабинет. Я говорила, что не смогу постоянно готовить и обслуживать гостей. Ты сказал: “Ну они же родня”. Теперь ты сам разберись, что делать».
Она отправила сообщение.
И выключила телефон.
В городе Нина первым делом заехала в офис.
Ее сотрудники удивились.
— Нина Сергеевна? А вы разве не за городом?
— Была.
— Что случилось?
— Ничего. Просто решила поработать.
Она улыбнулась.
И впервые за несколько дней почувствовала себя собой.
В тот вечер она сняла номер в небольшом отеле.
Заказала ужин.
Села у окна.
Открыла ноутбук.
И спокойно поработала еще два часа.
Никто не мешал.
Около девяти вечера телефон снова включился.
Сообщений было двадцать семь.
Павел.
Лера.
Зинаида Петровна.
Вадим.
Нина прочитала только первые несколько.
«Твоя свекровь говорит, что ты нас выставила».
«Дети хотят есть».
«Где запасные полотенца?»
«Как включается бойлер?»
«Почему стиральная машина не запускается?»
«Нина, ответь».
Она положила телефон экраном вниз.
И улыбнулась.
Впервые за неделю ей не хотелось никого спасать.
На следующий день утром позвонил Павел.
Нина ответила.
— Да.
— Ты где?
— В городе.
— Вернешься?
— Нет.
— Нина, ну хватит.
— Я не играю.
— Я понял.
— Правда?
Павел долго молчал.
— Я не думал, что все настолько плохо.
— А я говорила.
— Мама сказала, что ты сама предложила им остаться.
— Я предложила приехать на выходные.
— Лера говорит, что ты вечно сидела с ноутбуком и почти не общалась.
Нина усмехнулась.
— Потому что я работала.
— Она говорит, что ты даже детям нормально не готовила.
— Павел, твоей сестре тридцать лет. Она умеет готовить.
Снова тишина.
— Нина…
— Что?
— У нас сегодня закончились чистые полотенца.
— Постирайте.
— А стиральную машину Вадим не может запустить.
— Вызовите мастера.
— Мама не знает, где продукты.
— Откройте холодильник.
— Дети…
— Дети могут съесть хлопья.
Павел вдруг засмеялся.
Не зло.
Скорее устало.
— Кажется, я начинаю понимать.
— Что именно?
— Что мы действительно сели тебе на шею.
— Да.
— Прости.
Нина молчала.
— Правда, прости, — повторил он. — Я был уверен, что ты не против.
— Я была против. Просто не хотела скандала.
— Почему ты не сказала жестче?
— Потому что мне хотелось, чтобы мой муж сам заметил.
Павел тяжело вздохнул.
— Я заметил.
Когда Павел вернулся в дом, там уже царила совсем другая атмосфера.
Лера стояла на кухне.
Перед ней лежали продукты.
— Я не понимаю, почему она так драматизирует, — возмущалась она.
Зинаида Петровна молчала.
Вадим пытался разобраться с посудомоечной машиной.
Дети ели хлопья.
— Вкусно? — спросил Павел.
— Да, — одновременно ответили близнецы.
Он посмотрел на сестру.
— Видишь? Не умерли.
Лера вспыхнула.
— Павел!
— Что?
— Ты на ее стороне?
— Я на стороне здравого смысла.
— Мы приехали отдыхать!
— И отдохнули.
— Ты нас выгоняешь?
— Нет. Но завтра вы уезжаете.
Зинаида Петровна резко повернулась.
— Как это?
— Так.
— Это же твой дом!
— Наш дом, мама.
— И Нина нас выгнала?
— Нет. Она просто уехала, потому что вы превратили ее дом в гостиницу с бесплатным персоналом.
Лера покраснела.
— Я вообще-то не просила ее…
— Ты сегодня утром просила ее пожарить сырники.
Лера замолчала.
— Она работала, — продолжил Павел. — У нее был проект. Важный. А ты накричала на нее.
— Но дети голодные!
— У тебя две руки.
Вадим тихо кашлянул.
Зинаида Петровна посмотрела на сына.
— Ты хочешь сказать, что мы виноваты?
— Да.
Мать замолчала.
Павел никогда не говорил с ней так.
— Мы думали, что ты рада, — тихо произнесла она.
— Я был рад. Нина тоже. Но два дня — это одно. Восемь — другое.
— Мы не заметили.
— Вот именно.
На следующий день родня уехала.
Дом впервые за много дней снова стал тихим.
Павел позвонил Нине.
— Они уехали.
— Хорошо.
— Я тоже скоро приеду.
— Не спеши.
— Ты все еще злишься?
Нина подумала.
— Нет.
— Правда?
— Я устала злиться.
— Тогда что ты чувствуешь?
— Я думаю.
— О чем?
— О том, почему я позволила этому продолжаться восемь дней.
Павел ничего не ответил.
— И еще я думаю, что больше никогда не соглашусь на гостей без четких сроков.
— Согласен.
— И если кто-то приезжает, обязанности распределяем заранее.
— Согласен.
— И я не готовлю для взрослых людей каждый день.
— Согласен.
— И мой кабинет никто не трогает.
— Даже я.
Нина улыбнулась.
— Особенно ты.
Павел засмеялся.
— Хорошо.
Через два дня Нина вернулась домой.
Павел встретил ее у ворот.
— Привет.
— Привет.
Он забрал у нее сумку.
— Я кое-что сделал.
— Что?
— Посмотри.
Нина вошла в дом.
На кухне было идеально чисто.
На столе стояла записка:
«Сырники умеют жарить все взрослые члены семьи».
Нина рассмеялась.
— Это что?
— Лера прислала.
— Она?
— Да. Попросила передать тебе.
— Что с ней случилось?
— Кажется, она впервые пожила неделю в собственном беспорядке.
Нина улыбнулась.
— И как?
— Говорит, полезный опыт.
Они прошли на террасу.
Вечер был теплым.
Сад, который Нина проектировала сама, выглядел великолепно.
Она посмотрела на клумбы, дорожки, аккуратно подстриженные кустарники.
— Знаешь, — сказала она, — я ведь строила этот дом именно для того, чтобы здесь отдыхать.
— Теперь будем отдыхать.
— Вместе.
— Вместе.
Павел взял ее за руку.
— Нина, я понял одну вещь.
— Какую?
— Если человек молчит, это не значит, что его все устраивает.
Нина посмотрела на мужа.
— Хороший вывод.
— Дорогой?
— Очень.
Он улыбнулся.
— Значит, восемь дней родни были не зря.
— Нет, — ответила Нина. — Зато теперь я точно знаю: иногда, чтобы тебя услышали, недостаточно говорить. Иногда нужно просто положить ключи на стол и уйти.
Павел кивнул.
А Нина впервые за долгое время почувствовала, что снова находится дома.
Не в доме, который построили они с мужем.
А именно дома — там, где ее слышат, уважают и не считают бесплатной прислугой.
И с тех пор, если кто-то из родственников звонил Павлу со словами:
— А можно мы к вам на недельку?
Он неизменно отвечал:
— Конечно. Только сначала согласуйте всё с Ниной.
А Нина, услышав это, всегда улыбалась.
Потому что иногда уважение начинается с очень простого правила:
гость остается гостем, а хозяин дома не становится его обслуживающим персоналом.
