Попали как-то три женщины в Ад.
ТРИ БАБЫ В АДУ
Попали как-то три женщины в Ад.
Почему именно туда — каждая из них была уверена, что совершенно несправедливо.
Первая, Галина Петровна, ещё при жизни любила повторять:
— Я вообще человек добрый. Просто люди вокруг меня ужасные.
Вторая, Валентина Семёновна, была убеждена, что её главная проблема заключалась в слишком мягком характере.
— Я всю жизнь всем помогала, — говорила она. — Вот только никто почему-то не ценил.
Третья, Зинаида Ивановна, вообще считала себя образцом порядочности.
— Я никогда никого не осуждала, — заявляла она.
Правда, после этой фразы обычно следовал часовой рассказ о том, кто из соседей с кем живёт, кто сколько зарабатывает, кто зачем купил машину и почему сын Петровой женился «совершенно не на той».
Но теперь все три стояли в огромном мрачном помещении, напоминающем одновременно вокзал, паспортный контроль и районную поликлинику.
Перед ними висела табличка:
«ПУНКТ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ. ПРОСЬБА НЕ ШУМЕТЬ.»
Галина Петровна прочитала надпись и нахмурилась.
— А почему не шуметь?
— Потому что это Ад, — спокойно ответила Валентина.
— Ну и что? Тут что, нельзя разговаривать?
Зинаида посмотрела по сторонам.
— Девочки, мне кажется, мы действительно умерли.
Наступила тишина.
Все трое посмотрели друг на друга.
— Я первая не собираюсь ни в чём признаваться, — сказала Галина.
— А тебя никто и не спрашивает, — ответила Валентина.
— Это я просто предупредила.
В этот момент где-то в глубине помещения раздался тяжёлый звон цепей.
Из-за чёрной двери вышел чёрт.
Высокий, рогатый, с хвостом и папкой под мышкой.
Он посмотрел на женщин, перелистнул несколько страниц и произнёс:
— Так… Галина Петровна?
— Я.
— Валентина Семёновна?
— Я.
— Зинаида Ивановна?
— Тоже я.
Чёрт вздохнул.
— Отлично. Все на месте.
Он ещё раз посмотрел в бумаги.
— Так… Сейчас будем определять, кому куда.
Галина Петровна сразу оживилась:
— Простите, а можно сначала узнать, какие у вас здесь условия?
Чёрт поднял глаза.
— Условия?
— Ну да. Питание, проживание…
— Это Ад.
— Я понимаю. Но даже в Аду, наверное, есть какие-то стандарты.
Чёрт задумался.
— Есть.
— И какие?
— Очень низкие.
— Понятно.
Чёрт открыл следующую страницу.
— Так. Для начала нужно пройти стандартную процедуру.
Женщины насторожились.
— Какую? — спросила Валентина.
Чёрт посмотрел на них и сказал:
— Девочки, трусики снимаем.
Три женщины одновременно замерли.
Галина медленно подняла брови.
Валентина отступила на шаг.
Зинаида прикрыла сумочку обеими руками.
— Чего?! — одновременно спросили они.
Чёрт удивился.
— Что случилось?
— Вы вообще нормальный? — возмутилась Галина.
— Я — чёрт.
— А, ну тогда понятно…
Валентина сердито посмотрела на него:
— А зачем это?
— Медицинский осмотр.
— Здесь?!
— Конечно.
— А кто врач?
Чёрт показал на себя.
— Я.
— А где медицинский диплом?
Чёрт молча достал из папки удостоверение.
Галина прищурилась.
— Это не диплом.
— Зато печать есть.
Зинаида резко сказала:
— Мы никуда ничего снимать не будем!
Чёрт устало посмотрел на часы.
— Господи…
Потом спохватился.
— Простите. Привычка.
Он сел за стол и потер виски.
— Женщины, успокойтесь. Я вас просто проверяю.
— На что?
— На способность выполнять инструкции.
— А если не выполним?
Чёрт улыбнулся.
— Тогда вы уже прошли первый тест.
Женщины переглянулись.
— Какой ещё тест?
— На доверчивость.
Галина Петровна фыркнула:
— Вот! Я сразу говорила, что тут что-то не так.
Чёрт кивнул.
— Молодец. Первая сообразила.
Он открыл папку.
— Теперь серьёзно.
На стол он положил три конверта.
На каждом было написано имя.
— Ваша судьба в Аду зависит не от того, сколько вы совершили плохих поступков.
Женщины переглянулись.
— А от чего? — тихо спросила Валентина.
— От того, способны ли вы честно рассказать о себе.
— И всё?
— И всё.
Зинаида облегчённо вздохнула.
— Ну, это легко.
Чёрт посмотрел на неё.
— Вы уверены?
— Конечно.
— Тогда начнём с вас.
Он открыл её конверт.
— Зинаида Ивановна, вы всю жизнь считали себя человеком, который никогда никого не осуждает?
— Да.
Чёрт перелистнул бумаги.
— А это что?
Он достал длинный список.
— «Людмила из третьего подъезда — гулящая».
Зинаида замерла.
— Ну…
— «Соседка Марина — транжира».
— Ну это правда.
— «Светлана — плохая мать».
— Она действительно…
— «Ирина — выглядит старше своих лет».
Зинаида нахмурилась.
— Последнее вообще не осуждение.
— А что?
— Наблюдение.
Чёрт сделал пометку.
— Понятно.
Галина тихо прыснула.
— Не смешно! — возмутилась Зинаида.
— А теперь вы, Галина Петровна.
Галина выпрямилась.
— Я готова.
— Вы говорили, что всегда помогали людям.
— Конечно.
— А почему в вашем телефоне сохранён контакт «Соседка — не брать трубку»?
Галина замолчала.
— Это… сложная история.
— А почему рядом ещё один контакт: «Наташа — опять деньги попросит»?
— Она действительно постоянно просила!
— И вы помогали?
— Нет.
— Значит, не всегда?
Галина покраснела.
— Ну… не всегда.
— Хорошо.
Чёрт открыл третий конверт.
— Валентина Семёновна.
— Да.
— Вы говорили, что всю жизнь были слишком доброй.
— Именно.
— Тогда почему вы однажды три месяца не разговаривали с собственной сестрой из-за того, что она не похвалила ваш пирог?
Валентина возмущённо вскочила:
— Она сказала, что он сухой!
— И?
— Он не был сухим!
— Ясно.
Чёрт записал что-то в бумагах.
Через несколько минут он закрыл папку.
— Всё.
— И что теперь? — спросила Галина.
— Теперь вы можете сами выбрать, куда хотите.
Женщины удивились.
— В смысле?
— Перед вами три двери.
В дальней стене действительно появились три двери.
На первой было написано:
«ЗДЕСЬ ВСЕГДА ПРАВЫ.»
На второй:
«ЗДЕСЬ НИКТО НИКОГО НЕ СЛУШАЕТ.»
На третьей:
«ЗДЕСЬ ВСЕ ГОВОРЯТ ПРАВДУ.»
Женщины долго молчали.
— Я выбираю первую, — наконец сказала Галина.
— Почему?
— Потому что я люблю, когда со мной соглашаются.
— А я вторую, — сказала Валентина.
— Почему?
— Потому что я устала, когда меня не слушают.
Зинаида задумалась.
— А третья?
Чёрт улыбнулся.
— Третья самая сложная.
— Почему?
— Потому что там нельзя обижаться на правду.
Зинаида посмотрела на остальных.
Галина уже направилась к первой двери.
Валентина — ко второй.
Зинаида вдруг остановила их.
— Подождите.
— Что?
— А если мы пойдём вместе?
Чёрт удивлённо поднял брови.
— Впервые за всю смену кто-то предложил именно это.
— А что?
— Обычно каждый выбирает дверь, которая удобнее лично ему.
— А вместе нельзя?
— Можно.
Три женщины переглянулись.
Галина вздохнула.
— Ладно. Пойдём вместе.
Валентина кивнула.
Зинаида открыла третью дверь.
За ней оказалась… обычная кухня.
Старый стол.
Три стула.
Чайник.
Печенье.
И записка на столе:
«Садитесь. Поговорите друг с другом честно.»
— И это Ад? — удивилась Галина.
Из-за двери донёсся голос чёрта:
— Для некоторых — самый настоящий.
Женщины сели.
Несколько минут никто не говорил.
Потом Валентина тихо произнесла:
— Знаете… а ведь я действительно часто делала вид, что добрая, когда на самом деле просто хотела, чтобы меня любили.
Галина посмотрела на неё.
— А я часто помогала только потому, что потом хотела услышать благодарность.
Зинаида вздохнула.
— А я действительно всех осуждала.
Они рассмеялись.
Впервые за всё время — искренне.
В этот момент дверь открылась.
Чёрт заглянул внутрь.
— Ну?
— Что «ну»? — спросила Галина.
— Определились?
Зинаида улыбнулась.
— Да.
— И?
— Мы остаёмся здесь.
Чёрт нахмурился.
— В смысле?
— Здесь хотя бы можно быть собой.
Он посмотрел на них, потом на папку.
— Такого у меня ещё не было.
— Чего?
— Чтобы кто-то добровольно выбрал не наказание, а честность.
Он закрыл папку.
— Ладно.
— Что «ладно»?
— Вы свободны.
Женщины удивились.
— Куда?
Чёрт указал на маленькую дверь в конце комнаты.
— Туда.
За дверью был свет.
Галина прищурилась.
— А там что?
— Второй шанс.
Валентина встала.
— А можно всем?
— Всем.
Зинаида улыбнулась.
— Даже нам?
Чёрт кивнул.
— Особенно вам.
Женщины направились к двери.
Но перед самым выходом Галина остановилась.
— А вы…
— Что?
— А правда, что у вас тут трусики снимают?
Чёрт закатил глаза.
— Господи, опять вы за своё!
Три женщины рассмеялись и вышли.
А чёрт остался один.
Он посмотрел на папку, поставил рядом штамп и пробормотал:
— Пункт распределения… Тоже мне. Иногда людям вообще никакой Ад не нужен. Они сами себе его устраивают.
Потом подумал и добавил:
— Но эти трое всё-таки исправились.
Он взял телефон и набрал номер.
— Алло? Да, это я. Есть хорошие новости.
Пауза.
— Нет, никого нового не присылайте.
Ещё пауза.
— Почему? Потому что эти трое уже поняли главное.
— Что именно?
Чёрт посмотрел на открытую дверь.
— Что самое страшное наказание — всю жизнь оставаться человеком, который никогда не признаёт собственных ошибок.
И впервые за много лет в Аду стало подозрительно тихо.
А где-то далеко три женщины уже спорили, кто из них первой предложил пойти вместе.
— Я!
— Нет, я!
— Девочки, не начинайте!
Через секунду раздался общий смех.
Потому что второй шанс иногда начинается именно с того момента, когда человек перестаёт доказывать, что он лучше всех.
