«Умом ты не вышла, только деньгами!» — бросил муж. Я отменила его билеты в Париж, и он остался в аэропорту
— Умом ты не вышла, только деньгами! — презрительно бросил Антон, застёгивая молнию на огромном новом чемодане.
Он стоял посреди гостиной и с удовольствием рассматривал своё отражение в зеркале шкафа. На нём был дорогой кашемировый пиджак, который он купил всего несколько дней назад. Рядом на диване расположилась его мать, Элеонора Яковлевна. Женщина поправляла фетровый берет и аккуратно складывала в косметичку французский путеводитель.
Алина сидела за рабочим столом перед двумя мониторами. На главном экране застыл игровой проект, над которым она трудилась последние несколько недель. Компьютер снова завис во время финальной сборки.
Она медленно сняла наушники и повернулась к мужу.
— Что ты сейчас сказал?
Антон даже не сразу посмотрел на неё. Он был слишком занят тем, чтобы поправить воротник пиджака.
— Я сказал правду, дорогая. Неужели тебе обязательно повторять?
— Нет, мне просто интересно, почему ты решил, что можешь так разговаривать со мной.
Муж усмехнулся.
— А как ещё с тобой разговаривать? Ты целыми днями сидишь перед компьютером, расставляешь какие-то домики, монстров и деревья. Получаешь свои триста пятьдесят тысяч и решила, что стала самой умной женщиной на свете.
— Я работаю над компьютерными играми, Антон. И, между прочим, отвечаю за целую часть проекта.
— Да какая разница! — отмахнулся он. — Это не настоящая работа. Настоящие специалисты занимаются серьёзными вещами, а не играют в свои стрелялки.
Элеонора Яковлевна согласно закивала.
— Антоша совершенно правильно говорит. Я всегда считала, что деньги ещё не делают человека образованным. Можно иметь хороший заработок, но при этом совершенно не разбираться в жизни.
Алина посмотрела на свекровь.
— Вы тоже считаете, что я ничего не понимаю?
— Не обижайся, милая. Просто у каждого человека своё предназначение. Антон у нас мужчина с тонким вкусом, любит искусство, историю, путешествия. А ты… Ну, тебе и дома хорошо. У тебя же работа за компьютером.
Женщина подняла с дивана путеводитель.
— Вот мы с сыном наконец-то отправляемся в Париж. Лувр, Версаль, прогулки по набережной Сены. Это совершенно другой уровень жизни. Не каждому дано оценить настоящую красоту.
Алина молча посмотрела на два чемодана возле входной двери.
Билеты в Париж она купила три дня назад. Точнее, не купила, а оформила за накопленные мили авиакомпании.
За несколько лет работы в студии «НоваГеймс» Алина неоднократно ездила на международные конференции. Перелёты, гостиницы и партнёрские программы позволили ей накопить двести сорок тысяч миль.
Она долго думала, как потратить их с пользой, а потом решила сделать мужу подарок. Антон давно мечтал побывать во Франции, а его мать постоянно рассказывала знакомым, что Париж — единственный город, который она хотела бы увидеть до старости.
Алина оформила два билета бизнес-класса туда и обратно. За перелёт списали сто девяносто пять тысяч миль, а ещё тридцать восемь тысяч рублей она заплатила со своей банковской карты в качестве сборов.
Она не ожидала благодарности, но хотя бы уважения заслуживала.
— Получается, вы летите прикасаться к высокому искусству за счёт моих заработков? — спросила она.
Антон наконец повернулся.
— Опять начинаешь? Не надо попрекать нас деньгами!
— Я просто уточняю.
— Эти мили тебе достались бесплатно. Ты же не из собственного кармана их покупала. Всё равно когда-нибудь сгорели бы.
— Я их заработала своими поездками и работой.
— Какая разница? Главное, что теперь мы с мамой сможем нормально отдохнуть.
Элеонора Яковлевна улыбнулась.
— Вот именно. Семья должна делиться. Сегодня ты помогла нам, завтра мы тебе поможем.
Алина едва заметно усмехнулась.
Она прекрасно знала, как выглядит помощь со стороны этой семьи.
Когда свекрови понадобились деньги на ремонт кухни, Антон попросил у жены сто тысяч. Когда его младшей сестре потребовался новый телефон, оплатить покупку тоже пришлось Алине. Когда супруг решил сменить автомобиль, значительную часть первоначального взноса внесла она.
Но ни разу никто не называл эти деньги общими.
Зато когда речь заходила о расходах, сразу вспоминали о семье.
— Кстати, — продолжил Антон, — пока мы будем неделю во Франции, не вздумай покупать себе новый ноутбук.
Алина нахмурилась.
— Почему?
— Потому что после возвращения нужно будет купить зимнюю резину на мою машину. Я уже посмотрел цены. Нормальный комплект стоит прилично.
— Но мой ноутбук практически перестал работать.
— Перезагрузишь. Не маленькая.
— Я вчера потеряла три часа из-за перегрева видеокарты.
— Значит, научись нормально обращаться с техникой.
Алина несколько секунд смотрела на мужа, не веря услышанному.
Человек, который не мог самостоятельно установить обновление на собственный компьютер, сейчас объяснял ей, как обращаться с техникой.
— Антон, ты ведь вчера просил меня поговорить с техническим директором насчёт твоего повышения?
— И что?
— Ты хотел, чтобы я рекомендовала тебя на должность руководителя тестирования.
— Ну да. И что такого?
— Ты считаешь, что я достаточно умна, чтобы помочь тебе получить эту должность?
Муж поморщился.
— Не передёргивай. Я просто попросил помочь с трудоустройством. У тебя там связи.
— А мои профессиональные способности, получается, существуют только тогда, когда тебе что-то нужно?
— Господи, какая же ты занудная!
Элеонора Яковлевна поднялась с дивана.
— Антон, не трать время. Нам пора. Такси уже подъехало.
Она направилась в прихожую, открыла верхний ящик комода и достала оттуда кожаный футляр.
Алина сразу узнала свои профессиональные наушники.
— Элеонора Яковлевна, положите их обратно.
Свекровь удивлённо посмотрела на неё.
— Что?
— Это мои рабочие наушники.
— Я вижу. Мне просто нужно взять их с собой в самолёт. Там шумно, а у меня голова болит от громких звуков.
— У вас есть собственные наушники.
— Они неудобные.
— Эти нужны мне для работы.
Элеонора Яковлевна недовольно поджала губы.
— Алиночка, не будь мелочной. Ты всё равно останешься дома. Посидишь в тишине, поработаешь. А мне предстоит долгий перелёт.
— Верните футляр.
Свекровь посмотрела на сына.
— Антоша, ты слышишь? Она из-за каких-то наушников устраивает скандал!
Антон раздражённо выдохнул.
— Алина, ну хватит! Оставь маме наушники. Мы уже опаздываем.
— Нет.
— Что значит «нет»?
— Значит, что мои вещи без разрешения никто не берёт.
Муж несколько секунд смотрел на жену, затем вытащил футляр из сумки матери и бросил на тумбочку.
— Подавись своими наушниками!
Элеонора Яковлевна демонстративно поправила берет.
— Ничего, сынок. В Париже купим себе лучше. Там хотя бы качество настоящее.
Перед выходом она повернулась к невестке.
— Не скучай, милая. Привезём тебе магнитик с Эйфелевой башней. Поставишь рядом со своими монстрами.
Дверь захлопнулась.
Алина осталась одна.
Несколько секунд она стояла посреди прихожей, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Затем подошла к окну.
Внизу Антон помогал матери погрузить чемоданы в жёлтое такси. Он что-то весело рассказывал водителю, а Элеонора Яковлевна уже фотографировалась возле машины.
Алина дождалась, пока автомобиль скроется за поворотом.
Потом взяла телефон.
В приложении авиакомпании отображались оба премиальных билета.
Москва — Стамбул — Париж.
Бизнес-класс.
Вылет через два часа двадцать минут.
Алина открыла подробности бронирования. В графе владельца счёта стояло её имя. Именно с её личного кабинета были списаны мили.
Она нажала кнопку отмены.
На экране появилось предупреждение о последствиях добровольного возврата.
Алина перечитала условия и подтвердила операцию.
Через несколько секунд приложение сообщило, что запрос принят.
Почти сразу зазвонил телефон.
— Алина Руслановна, добрый день! — раздался приветливый голос персонального менеджера. — Меня зовут Кира. Я звоню по вашей заявке на возврат двух премиальных билетов бизнес-класса.
— Да, я только что её отправила.
— Хотела уточнить, правильно ли мы понимаем, что вы желаете аннулировать оба места и вернуть сто девяносто пять тысяч миль на личный счёт?
— Совершенно верно.
— Подтверждаете отмену?
— Подтверждаю.
— Хорошо. Одну минуту.
Алина услышала тихий стук клавиатуры.
— Готово, Алина Руслановна. Оба билета аннулированы, места возвращены в систему. Мили восстановлены. Денежные сборы в размере тридцати восьми тысяч рублей отправлены на возврат.
— Благодарю.
— Могу ли я ещё чем-нибудь помочь?
Алина посмотрела на свой старый ноутбук.
— Да. Подскажите, пожалуйста, в вашем партнёрском каталоге есть графические рабочие станции?
— Сейчас проверю.
Через минуту менеджер сообщила, что на складе имеется последняя модель профессиональной станции стоимостью двести тридцать тысяч миль.
— Доставка возможна сегодня?
— Да, в течение часа по Москве.
— Тогда оформляйте.
— Списание будет произведено с вашего личного счёта. Подтверждаете?
— Да.
Алина завершила разговор и впервые за утро улыбнулась.
Ей предстоял важный релиз. Новый компьютер был нужен не ради прихоти, а для полноценной работы.
Она вернулась к столу, собираясь проверить состояние облачного проекта, и заметила странность.
На подставке рядом с монитором отсутствовал синий внешний накопитель.
Алина нахмурилась.
Это был SSD на два терабайта, который она использовала для хранения резервных копий рабочих материалов.
Она осмотрела стол, заглянула под клавиатуру, проверила ящики.
Накопителя нигде не было.
Зато возле ножки стола лежала сложенная бумажка.
Алина подняла её.
Это оказалась квитанция ювелирного ломбарда.
В документе значились мужские часы, золотое кольцо и цепочка. Дата приёма — вчерашний день.
Алина узнала часы.
Это был подарок её отца, который Антон получил на свадьбу. Последние несколько месяцев муж утверждал, что хранит их в банковской ячейке.
Женщина внимательно изучила квитанцию.
Теперь многое стало понятнее.
Новый пиджак, дорогой чемодан, внезапно появившиеся деньги на развлечения.
Возможно, Антон не просто собирался отдохнуть в Париже. Он заранее готовился к поездке за чужой счёт, распродавая семейные ценности, а теперь ещё и прихватил её рабочий накопитель.
Алина почувствовала, как внутри поднимается холодная злость.
Она не стала сразу звонить мужу.
Вместо этого открыла рабочий мессенджер.
— Привет, Алина! — на экране появилось лицо Ярослава, технического директора студии. — Как дела? Видел, что твоя сборка оборвалась.
— Старый компьютер снова перегрелся.
— Я же говорил, что пора менять видеокарту. Ты весь последний месяц работаешь на пределе.
— Новую станцию уже заказала. Через час привезут.
— Отлично. Кстати, хотел с тобой обсудить одну вещь.
Ярослав открыл рабочий документ.
— Вчера Антон прислал резюме на позицию руководителя тестирования. Написал, что ты лично его рекомендуешь и готова подтвердить его профессиональный уровень.
Алина закрыла глаза на секунду.
Вот оно.
— Ярослав, хочу сразу прояснить ситуацию. Я больше не рекомендую Антона.
— Что-то случилось?
— Я пересмотрела своё мнение о его профессиональных качествах. Не хочу, чтобы моё имя использовали в его трудоустройстве.
— Понятно. Тогда отправлю отказ.
— И ещё. Если он будет обращаться к тебе от моего имени, пожалуйста, не учитывай такие рекомендации без моего личного подтверждения.
— Без проблем.
Ярослав помолчал.
— Алина, ты уверена? Мы ведь уже обсуждали его кандидатуру.
— Абсолютно. Я не собираюсь отвечать за чужие обещания.
— Хорошо. Тогда работаем дальше.
После разговора Алина открыла облачное хранилище студии.
Все файлы были на месте. Сервер автоматически сохранял изменения каждые пятнадцать минут. Даже если муж забрал внешний накопитель, проекту ничего не угрожало.
Она вздохнула с облегчением.
Однако оставался вопрос: зачем Антон взял накопитель?
Возможно, он действительно считал, что там находится единственная копия проекта. А может, хотел получить доступ к рабочим материалам, чтобы использовать их в собственных целях.
Алина решила разобраться позже.
Сейчас ей предстояло дождаться курьера.
В аэропорту Шереметьево тем временем происходило совсем не то, что представлял себе Антон.
Он стоял возле стойки регистрации бизнес-класса, держа в одной руке паспорт, а в другой телефон.
Элеонора Яковлевна фотографировалась возле табло вылета.
— Антон, подойди сюда! Мне нужно красивое фото. Только не стой с таким лицом, будто мы на похороны приехали.
— Мам, подожди немного. Сейчас зарегистрируемся.
Он протянул сотруднице документы.
Девушка быстро проверила паспорт, посмотрела на экран компьютера и нахмурилась.
— Одну минуту, пожалуйста.
Антон раздражённо постучал пальцами по стойке.
— Что-то не так?
— Сейчас уточню информацию.
Сотрудница несколько раз нажала клавиши.
— Извините, но ваша бронь аннулирована.
Антон сначала даже не понял, что услышал.
— Что?
— Билеты отменены владельцем программы лояльности.
— Этого не может быть. Проверьте ещё раз.
— Я уже проверила. Бронирование закрыто.
— Но мы должны лететь! У нас бизнес-класс!
Элеонора Яковлевна перестала фотографироваться.
— Антон, что происходит?
— Сейчас разберусь.
Он достал телефон и открыл приложение авиакомпании. Там действительно отображалось уведомление об отмене.
Антон побледнел.
Он тут же набрал номер жены.
Алина как раз принимала курьера.
Новая рабочая станция стояла в большой картонной коробке посреди гостиной. Мужчина передал ей документы, попросил подтвердить получение и ушёл.
Она аккуратно поставила коробку возле стола.
В этот момент телефон начал вибрировать.
На экране высветилось имя Антона.
Алина ответила.
— Да?
— Ты что натворила?!
Голос мужа был настолько громким, что она невольно отодвинула телефон от уха.
— Добрый вечер, Антон. Что случилось?
— Не прикидывайся! Ты аннулировала наши билеты?!
— Да.
На том конце повисла тишина.
— Ты… ты серьёзно?
— Более чем.
— Алина, ты понимаешь, что мы сейчас в аэропорту? Нас не регистрируют!
— Представляю.
— Немедленно верни билеты!
— Это невозможно.
— Почему?!
— Потому что мили уже потрачены.
— На что?!
— На новую рабочую станцию.
Антон замолчал, а потом заговорил ещё громче:
— Ты потратила все мили на компьютер?!
— Не все. Десять тысяч остались.
— Ты вообще нормальная?!
— Вполне.
— Мы с мамой должны лететь в Париж!
— Вы собирались лететь за мой счёт, одновременно объясняя мне, что я недостаточно умная для таких путешествий.
— Да забудь ты эту глупость! Я просто пошутил!
— А наушники ты тоже взял в шутку?
— Господи, опять твои наушники!
— А мои деньги на зимнюю резину? А твоя просьба устроить тебя на работу? А твоя уверенность, что я обязана оплачивать ваши развлечения?
— Ты моя жена!
— Именно. Но это не означает, что я обязана финансировать твоё высокомерие.
В трубке послышался другой голос.
— Дай мне телефон!
Элеонора Яковлевна выхватила мобильный у сына.
— Алина, ты совсем потеряла совесть? Как ты могла так поступить? Мы уже приехали в аэропорт! Я всем знакомым сообщила, что лечу в Париж!
— Поздравляю.
— Что значит «поздравляю»?!
— Вы действительно приехали в аэропорт. Это уже половина путешествия.
— Не смей издеваться! Ты должна немедленно восстановить билеты!
— Они аннулированы владельцем счёта. Восстановление не предусмотрено.
— Тогда купи новые!
Алина усмехнулась.
— На какие деньги?
— На свои, конечно! Ты же получаешь огромную зарплату!
— А вы ведь говорили, что деньги не имеют значения и что я ничего не понимаю в настоящей жизни.
— Не передёргивай мои слова!
— Я ничего не передёргиваю. Просто больше не собираюсь оплачивать чужие мечты.
В трубке раздался раздражённый голос Антона:
— Мам, дай сюда!
Он снова взял телефон.
— Алина, слушай внимательно. Мы стоим у кассы. Девушка сказала, что остались два коммерческих билета. Покупай их немедленно.
— Почему я?
— Потому что из-за тебя всё сорвалось!
— Ты взрослый мужчина, Антон. У тебя есть банковская карта.
— На ней нет столько денег!
— Как жаль.
— Ты специально это сделала!
— Да, я сознательно отменила билеты, которые были оформлены на мои мили. Не вижу в этом ничего удивительного.
— Мама расстроилась!
— Тогда утешь её. Ты ведь сын.
Антон тяжело задышал.
— Ты ещё пожалеешь.
— Возможно. Но точно не сегодня.
Алина завершила звонок.
В аэропорту Антон стоял возле кассы, чувствуя, как на него смотрят пассажиры.
Элеонора Яковлевна уже не улыбалась.
— Что она сказала?
— Ничего.
— Как это ничего? Она вернёт билеты?
— Нет.
Свекровь схватилась за грудь.
— Я так и знала! Я с самого начала говорила, что эта женщина тебе не подходит. Она думает только о себе!
Антон нервно посмотрел на экран телефона.
— Мам, давай успокоимся.
— Успокоимся?! Я полгода ждала этой поездки! Я уже купила новую одежду, записалась на экскурсии, сообщила подругам!
— Я понимаю.
— Тогда покупай билеты!
Антон подошёл к кассиру.
— Скажите, сколько стоят два места до Парижа на сегодняшний рейс?
Сотрудница проверила систему.
— По доступному тарифу стоимость двух билетов составит триста восемьдесят тысяч рублей.
Антон побледнел.
— Сколько?!
— Триста восемьдесят тысяч.
Элеонора Яковлевна возмущённо подняла руки.
— Это безобразие! Мы же уже имели билеты!
— Ваши билеты аннулированы, — спокойно ответила сотрудница.
— Но мы не виноваты!
— К сожалению, я не могу изменить условия тарифа.
Антон отошёл от стойки.
Триста восемьдесят тысяч.
Таких денег на его карте не было.
Он рассчитывал, что всю поездку оплатит жена. Билеты, гостиницу, экскурсии и даже покупки в парижских магазинах.
А теперь внезапно выяснилось, что за собственные желания придётся платить самому.
— Антон, звони ей ещё раз! — потребовала мать. — Объясни, что она обязана исправить ситуацию.
— Мам, она не ответит.
— Тогда напиши!
Антон открыл переписку с женой.
«Алина, давай поговорим спокойно. Ты перегнула палку. Мы семья. Не нужно разрушать отношения из-за одной фразы».
Он отправил сообщение.
Через несколько секунд появилось уведомление о прочтении.
Ответа не последовало.
Тогда он написал снова:
«Мама очень расстроена. Если ты сейчас не решишь вопрос, я не забуду этого».
Алина прочитала и снова промолчала.
Тем временем дома женщина распаковывала новую рабочую станцию.
Корпус был массивным, система охлаждения — профессиональной, а видеокарта позволяла работать с самыми тяжёлыми игровыми сценами.
Она подключила оборудование, установила необходимые программы и открыла проект.
Компьютер запустился практически мгновенно.
Алина улыбнулась.
Впервые за несколько месяцев ей не приходилось ждать, пока программа перестанет зависать.
Она запустила финальную компиляцию.
Пока шла загрузка, женщина снова посмотрела на квитанцию ломбарда.
Затем позвонила в ювелирную мастерскую, где когда-то обслуживали часы её отца.
Ей сообщили, что подобные часы действительно принимали в ближайший ломбард. Выкупить их ещё можно было, но требовалось поторопиться.
Алина записала адрес.
Она не собиралась устраивать скандал по телефону. Сначала хотела разобраться со всеми обстоятельствами.
Через час она отправилась в ломбард.
Сотрудник проверил документы и подтвердил, что часы были сданы Антоном.
— Он сказал, что это его личная вещь, — объяснил мужчина. — Мы приняли её по стандартной процедуре.
Алина не стала обвинять сотрудника.
Она лишь попросила копию документов и уточнила условия возврата.
Затем позвонила отцу.
— Пап, помнишь часы, которые ты подарил Антону на свадьбу?
— Конечно. А что случилось?
— Он их заложил.
Отец долго молчал.
— Вот как…
— Я хотела предупредить тебя, чтобы ты не удивлялся, если он начнёт что-то рассказывать.
— Алина, ты уверена, что всё правильно поняла?
— У меня есть квитанция.
— Понятно. Доченька, главное, не позволяй никому пользоваться твоей добротой.
Эти слова почему-то задели её сильнее, чем все утренние оскорбления мужа.
Ведь именно это она и делала последние годы.
Она постоянно помогала, уступала, оплачивала, поддерживала. И каждый раз убеждала себя, что так поступают любящие люди.
Но любовь не должна превращаться в обязанность одного человека содержать другого.
Вечером Антон вернулся домой.
Он вошёл в квартиру без звонка, открыл дверь своим ключом и бросил куртку на кресло.
Элеонора Яковлевна осталась в аэропорту: сын отправил её домой на такси, пообещав позже всё объяснить.
— Ты довольна? — спросил Антон, увидев жену за компьютером.
Алина не сразу обернулась.
— Чем?
— Тем, что опозорила меня перед матерью!
— Я никого не позорила.
— Мы должны были лететь в Париж!
— Вы могли купить билеты.
— Ты знаешь, сколько они стоят?!
— Теперь знаю.
Антон прошёл в комнату и увидел новую рабочую станцию.
— Это что ещё такое?
— Мой новый компьютер.
— Ты действительно потратила на него мили?
— Да.
— Ты могла купить билеты!
— Могла. Но не захотела.
Муж посмотрел на неё с ненавистью.
— Ты стала невыносимой. Деньги тебе голову вскружили.
Алина медленно повернулась.
— Антон, присядь. Нам нужно поговорить.
— О чём ещё?
Она положила перед ним квитанцию ломбарда.
— Об этом.
Антон побледнел.
— Где ты это взяла?
— У себя дома. Ты обронил её возле моего стола.
— И что?
— Почему ты заложил часы моего отца?
— Мне нужны были деньги.
— На что?
— На личные расходы.
— На пиджак и чемодан?
Он промолчал.
— А внешний накопитель ты тоже взял для личных расходов?
Антон резко поднял голову.
— Какой накопитель?
— Синий SSD со стола. Ты забрал его перед уходом.
— Я ничего не брал.
— Не лги мне.
— Может, он сам куда-то делся!
Алина достала телефон и показала фотографию рабочего стола, сделанную накануне.
— Вот он. А вот фотография, которую я сделала сегодня утром. Накопителя нет.
Антон отвёл глаза.
— Я хотел посмотреть, что там.
— Зачем?
— Просто интересно.
— Ты собирался забрать мою рабочую информацию?
— Не выдумывай!
— Хорошо. Тогда завтра вернёшь накопитель.
— Он у меня.
— Я так и думала.
Алина протянула руку.
— Отдай.
Антон несколько секунд молчал, потом достал из кармана куртки небольшой синий накопитель и бросил его на стол.
— Забирай! Мне он не нужен!
Женщина подняла устройство.
— Спасибо.
— И что теперь? Будешь меня проверять каждый день?
— Нет. Я просто больше не буду оставлять свои вещи там, где ты можешь ими распоряжаться.
Антон раздражённо рассмеялся.
— Ты действительно считаешь себя главной в этой семье?
— Я считаю себя человеком, которого нужно уважать.
— Ты без меня никто!
Алина посмотрела на мужа.
— Странно. Последние несколько лет я оплачивала половину твоей жизни, помогала с карьерой, решала бытовые вопросы. Но сегодня ты назвал меня глупой, потому что я не захотела отдавать тебе свои наушники.
— Я был раздражён!
— А я больше не хочу жить в постоянном раздражении.
Антон замолчал.
Он впервые понял, что жена говорит совершенно серьёзно.
— Что ты хочешь этим сказать?
Алина посмотрела на него спокойно.
— Я хочу, чтобы ты собрал свои вещи и временно пожил отдельно. Нам нужно разобраться с нашими отношениями.
— Ты меня выгоняешь?
— Я прошу тебя уйти. Квартира принадлежит мне, и ты это прекрасно знаешь.
Муж открыл рот, но не нашёлся с ответом.
— Из-за каких-то билетов?
— Нет, Антон. Из-за того, что ты перестал видеть во мне человека. Для тебя я стала кошельком, связями и удобным способом решить любые проблемы.
— Ты преувеличиваешь.
— Тогда объясни, почему ты считаешь нормальным брать мои вещи без разрешения, распоряжаться моими деньгами и оскорблять меня за то, что я отказываюсь это делать.
Антон опустил глаза.
Он прекрасно понимал, что убедительного ответа у него нет.
Следующие несколько дней оказались непростыми.
Элеонора Яковлевна звонила Алине несколько раз в день. Сначала обвиняла её в жадности, потом пыталась вызвать чувство вины, а затем перешла к угрозам.
— Ты разрушила семью! — кричала свекровь. — Мой сын из-за тебя лишился отпуска!
— Ваш сын лишился поездки, которую не оплатил.
— Он мужчина! Ты должна была его поддерживать!
— Поддержка не означает, что я должна терпеть оскорбления.
— Да кому ты нужна со своими компьютерами?!
— Это уже не вам решать.
После этого Алина заблокировала номер свекрови.
Антон несколько раз пытался помириться. Он присылал сообщения, обещал вернуть деньги, говорил, что был неправ.
Но каждый раз в конце разговора появлялась одна и та же фраза:
«Ты могла бы просто не отменять билеты».
Он так и не понял главного.
Проблема заключалась вовсе не в Париже.
Проблема заключалась в отношении.
Через неделю Алина получила официальное предложение от студии «НоваГеймс» возглавить новую команду разработчиков. Ярослав высоко оценил её работу над последним проектом, а новая рабочая станция позволила завершить релиз раньше установленного срока.
Антон тем временем вернул часть денег за заложенные часы. Остальную сумму Алина решила не обсуждать: этим вопросом занимался уже её юрист.
Через месяц они начали процедуру развода.
На последней встрече Антон попытался снова заговорить о поездке.
— Знаешь, я до сих пор считаю, что ты поступила слишком жестоко.
Алина спокойно застегнула пальто.
— А я до сих пор считаю, что не должна оплачивать путешествия человека, который меня не уважает.
— Ты могла хотя бы предупредить.
— А ты мог хотя бы поблагодарить.
Антон отвернулся.
Она вышла из здания и направилась к машине.
На следующий день Алина получила письмо от авиакомпании: возврат денежных сборов был завершён.
Тридцать восемь тысяч рублей вернулись на её карту.
Она открыла приложение, посмотрела на баланс и улыбнулась.
Никакого Парижа.
Никакого бизнес-класса.
Никаких фотографий возле Эйфелевой башни.
Зато теперь у неё был мощный компьютер, интересная работа и собственная жизнь, в которой больше не нужно было доказывать кому-либо свою ценность.
А магнитик с Эйфелевой башней она всё-таки купила.
Но не для свекрови и не для мужа.
Она поставила его возле нового монитора — как напоминание о том, что иногда самое дорогое путешествие начинается не с аэропорта, а с решения наконец-то перестать жить ради чужих желаний.
И каждый раз, когда кто-нибудь спрашивал, почему она развелась, Алина отвечала одинаково:
— Я не из-за билетов ушла. Я просто однажды поняла, что человек, который считает меня глупой, слишком долго пользовался моим умом, моими деньгами и моей добротой.
