В день нашего развода бывший муж обнимал

В день нашего развода бывший муж обнимал любовницу у дверей ЗАГСа, а его мать смеялась мне в лицо. Они спешили в Токио праздновать моё унижение. Но мой отец произнёс по телефону всего одно слово: «Отзывай»…

Часть 1. День, когда они решили, что победили

Меня зовут Алиса, мне двадцать семь лет.

Если бы кто-нибудь три года назад сказал мне, что однажды я выйду из ЗАГСа после развода, увижу своего бывшего мужа в объятиях любовницы, услышу насмешки его матери и спокойно сяду в старую машину своего отца, я бы никогда не поверила.

Но ещё меньше я поверила бы в то, что именно в этот день моя прежняя жизнь закончится, а жизнь людей, которые считали себя хозяевами всего вокруг, начнёт стремительно рушиться.

Всё произошло в пятницу.

Часы на площади показывали 15:21. Солнце светило настолько ярко, что прохожие щурились, а стеклянные фасады соседних зданий отражали золотистые лучи.

На улице было тепло. Люди спешили по своим делам, кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону, возле фонтана фотографировалась молодая пара.

Обычный день.

Только для меня он стал последним днём моего брака.

Я стояла на ступенях ЗАГСа с небольшой папкой документов в руках и смотрела на мужчину, с которым ещё недавно собиралась прожить всю жизнь.

Артём.

Мой бывший муж.

Он даже не пытался скрыть своего счастья.

В одной руке у него был телефон, другой он обнимал Кристину — женщину, ради которой три месяца назад разрушил нашу семью.

— Да, мам, всё готово, — весело говорил он в трубку. — Не переживай, всё прошло без проблем. Алиса подписала документы. Никаких претензий, никаких требований. Я же говорил, что всё будет именно так.

Он рассмеялся.

— Конечно, мы уже выезжаем. В аэропорту встретимся. Да, билеты бизнес-класса у нас на руках.

Я слышала каждое слово.

Он даже не пытался говорить тише.

Для него я уже не существовала.

Закончив разговор, Артём наконец посмотрел в мою сторону.

На его лице появилась искусственная улыбка.

— Ну что, Алиса. Вот и всё.

Я молчала.

Он покрутил пальцами, словно только сейчас вспомнил, что на безымянном пальце ещё недавно носил обручальное кольцо.

Кольцо он снял заранее.

Наверное, ещё до того, как подал документы на развод.

— Знаешь, мне действительно жаль, что всё так получилось, — произнёс он. — Но жизнь продолжается. Сердцу не прикажешь. Надеюсь, ты встретишь достойного человека.

Я посмотрела на него.

Когда-то эти глаза казались мне самыми добрыми на свете.

Когда-то я просыпалась рядом с этим человеком и думала, что мне невероятно повезло.

Теперь передо мной стоял совершенно чужой мужчина.

— Спасибо, — тихо ответила я.

Кристина, стоявшая рядом, тут же прижалась к его плечу.

Она была одета в светлое дизайнерское пальто, на запястье блестели дорогие часы, а на губах играла победная улыбка.

— Алиса, ты молодец, что не стала устраивать скандал, — сладким голосом сказала она. — Я всегда считала, что нужно уметь отпускать людей. Артём давно заслуживал настоящего счастья.

Я посмотрела на неё.

— Очень рада за вас.

Кристина слегка удивилась моей реакции.

Видимо, она ожидала слёз, обвинений или хотя бы дрожащего голоса.

Но я не собиралась доставлять ей такого удовольствия.

— Кстати, твои вещи мы уже отправили, — продолжила она. — Всё аккуратно упаковали. Коробки доставят в твою старую квартиру. Адрес я тебе отправила.

Мои вещи.

Именно так она их назвала.

Не наши вещи, не вещи семьи, а мои.

Три года брака, три года жизни в огромном особняке, три года семейных фотографий, праздников, совместных завтраков и разговоров о будущем.

Теперь всё это превратилось в несколько коробок, которые отправили неизвестные грузчики на окраину города.

Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Но внешне осталась спокойной.

— Спасибо за заботу, Кристина.

Она улыбнулась ещё шире.

— Не за что.

В этот момент к нам подошла Галина Петровна, мать Артёма.

Она выглядела так, словно собиралась не на развод сына, а на торжественное открытие собственного ресторана.

На ней было элегантное бежевое пальто, дорогая сумка, массивные украшения и туфли на высоком каблуке.

Она бросила на меня короткий взгляд и тут же обратилась к сыну:

— Артём, ну сколько можно стоять? Нас уже ждут! Отец Кристины звонил два раза. Если опоздаем на рейс, придётся менять планы.

— Мам, сейчас.

— Что значит «сейчас»? Ты обещал, что мы успеем спокойно пройти регистрацию. У нас ещё ужин в Токио забронирован!

Она раздражённо посмотрела на часы.

Затем наконец повернулась ко мне.

— Алиса, ну что ты стоишь с таким лицом? Всё ведь закончилось хорошо.

Я ничего не ответила.

Галина Петровна вздохнула, словно разговаривала с непослушным ребёнком.

— Послушай меня внимательно. Не держи зла. Ты должна понимать, что мой сын не обязан был всю жизнь жить с женщиной, которая ему больше не подходит.

Я смотрела на неё молча.

— Три года ты жила в нашем доме, ни в чём не нуждалась. Артём обеспечивал тебя, покупал одежду, возил отдыхать. Ты практически не работала. Не каждая женщина получает такую возможность.

Она сделала паузу и добавила:

— Поэтому будь благодарна хотя бы за это.

Когда-то подобные слова заставляли меня оправдываться.

Я пыталась объяснить, что не сидела без дела, что занималась благотворительными проектами, помогала мужу с документами, анализировала договоры и организовывала встречи.

Но Галина Петровна никогда не хотела слушать.

В её глазах я была обычной провинциальной девушкой, которой невероятно повезло выйти замуж за наследника строительной империи.

Она даже не пыталась скрывать своё отношение.

На семейных ужинах могла сказать:

— Алиса, тебе лучше не вмешиваться в разговоры взрослых людей.

Или:

— Дорогая, не переживай, тебе не обязательно разбираться в таких вопросах.

Однажды, когда я предложила проверить один договор перед подписанием, она рассмеялась:

— Ты сначала научись правильно вести домашнее хозяйство, а потом будешь учить нас бизнесу.

Я тогда промолчала.

Не потому, что не могла ответить.

А потому, что Артём попросил меня не портить отношения с его матерью.

Я согласилась.

И, возможно, именно это было моей самой большой ошибкой.

— Алиса, ты меня слушаешь? — резко спросила свекровь.

— Да, Галина Петровна.

— Вот и прекрасно. Тогда желаю тебе найти нормальную работу и устроить свою жизнь. Только, пожалуйста, больше не звони Артёму. У него теперь другие планы.

Кристина довольно улыбнулась.

Артём отвёл взгляд.

Я посмотрела на них обоих и вдруг поняла, что больше не испытываю ни желания оправдываться, ни потребности доказывать свою ценность.

Они уже приняли решение относительно меня.

И я больше не собиралась его оспаривать.

— Всего доброго, — сказала я.

Артём удивлённо поднял брови.

— И всё?

— А что ещё?

— Не знаю. Я думал, ты захочешь что-то сказать.

Я слегка улыбнулась.

— Я уже всё сказала.

Он пожал плечами.

— Как знаешь.

Затем повернулся к Кристине.

— Поехали, дорогая. Нас ждёт Токио.

Часть 2. Девушка, которую они считали никем

Чтобы понять, почему моя бывшая свекровь была настолько уверена в собственном превосходстве, нужно вернуться на три года назад.

Тогда я только закончила университет.

Мой отец, Виктор Андреевич, никогда не любил публичности. Он не появлялся на светских мероприятиях, не давал интервью и не фотографировался рядом с известными предпринимателями.

Он предпочитал простую одежду, старые автомобили и спокойную жизнь.

Людям, которые не знали его лично, он мог показаться обычным человеком.

Но это впечатление было обманчивым.

Отец был основателем крупной инвестиционно-промышленной группы, которая занималась финансированием инфраструктурных проектов, строительством, логистикой и управлением коммерческой недвижимостью.

Его компания участвовала в проектах по всей стране.

Он владел пакетами акций нескольких крупных предприятий, имел доли в международных инвестиционных фондах и управлял активами, стоимость которых исчислялась сотнями миллиардов рублей.

Однако отец никогда не стремился демонстрировать богатство.

Он говорил:

— Если человеку необходимо постоянно доказывать окружающим, сколько у него денег, значит, скорее всего, у него есть проблемы гораздо серьёзнее.

Мама умерла, когда мне было двенадцать.

После этого отец практически полностью посвятил себя работе и воспитанию дочери.

Он мог позволить себе нанять десятки помощников, но никогда не перекладывал на них всё, что касалось меня.

Сам готовил мне завтраки, помогал с уроками, встречал после занятий и учил самостоятельно принимать решения.

Когда я выросла, он предложил мне присоединиться к семейному бизнесу.

Но я отказалась.

Мне хотелось получить собственный опыт, самостоятельно построить карьеру и не зависеть от фамилии отца.

Поэтому после университета я устроилась в небольшую консалтинговую компанию.

Именно там познакомилась с Артёмом.

Он пришёл на встречу как представитель строительного холдинга своей семьи.

Красивый, уверенный, обаятельный.

Он умел разговаривать с людьми, производить впечатление и находить нужные слова.

Наше знакомство постепенно переросло в отношения.

Через год Артём сделал мне предложение.

Я согласилась.

Отец был против.

Не потому, что ему не нравился Артём, а потому, что он заметил в нём некоторые черты, которые мне тогда казались незначительными.

— Алиса, я не собираюсь запрещать тебе выходить замуж, — сказал он однажды. — Но хочу, чтобы ты помнила: человек проявляет себя не тогда, когда ему от тебя что-то нужно, а тогда, когда он уверен, что ты ему ничего не можешь дать.

— Пап, ты просто слишком осторожный.

Отец посмотрел на меня.

— Возможно. Но осторожность ещё никому не мешала.

Я рассмеялась и обняла его.

— Всё будет хорошо.

Он не стал спорить.

Только тихо произнёс:

— Если когда-нибудь тебе понадобится помощь, позвони мне. В любое время. Неважно, сколько будет часов.

Я запомнила эти слова.

Но тогда даже представить не могла, насколько скоро они мне понадобятся.

После свадьбы Артём познакомил меня со своей семьёй.

Особняк родителей находился в престижном районе. Высокие ворота, охрана, огромная территория, ухоженный сад и несколько автомобилей в гараже.

Галина Петровна встретила меня с улыбкой.

Но уже во время первого ужина я поняла, что она оценивает меня совершенно иначе, чем я ожидала.

— Алиса, а чем занимаются твои родители?

— Папа работает в инвестиционной сфере.

— Понятно. А мама?

Я опустила глаза.

— Мама умерла много лет назад.

Свекровь на секунду замолчала.

— Очень жаль. А отец, наверное, простой предприниматель?

Я не стала вдаваться в подробности.

— У него своя компания.

— Небольшая?

— Не совсем.

Артём вмешался:

— Мам, какая разница? Главное, что мы любим друг друга.

Галина Петровна улыбнулась.

Но я заметила, как она переглянулась с мужем.

Впоследствии выяснилось, что они действительно считали мою семью совершенно обычной.

И Артём никогда не пытался их переубедить.

Более того, он сам попросил меня не рассказывать о настоящем масштабе отцовского бизнеса.

— Мама не любит, когда думают, что люди женятся из-за денег, — объяснил он. — Давай просто поживём спокойно.

Я согласилась.

Мне казалось, что это разумно.

Я не хотела, чтобы отношения с мужем зависели от состояния моего отца.

Но постепенно эта скрытность стала играть против меня.

Свекровь начала относиться ко мне свысока.

Она считала, что я обязана быть благодарной за возможность войти в их семью.

Артём редко возражал матери.

Когда я жаловалась, он говорил:

— Просто не обращай внимания.

И я снова молчала.

Первые два года брака прошли относительно спокойно.

Я занималась благотворительными проектами, помогала нескольким организациям, изучала инвестиционные рынки и постепенно всё больше времени проводила с отцом.

Артём занимался семейным строительным холдингом.

Его отец, Геннадий Петрович, передал сыну управление несколькими направлениями бизнеса.

Компания выглядела успешной.

У неё были крупные контракты, офисы в нескольких городах и десятки объектов строительства.

Артём часто рассказывал о новых проектах.

Он любил повторять:

— Через несколько лет мы войдём в число крупнейших строительных компаний страны.

Я искренне желала ему успеха.

Более того, однажды, когда холдинг столкнулся с проблемами финансирования, я осторожно предложила познакомить его с несколькими инвестиционными партнёрами отца.

Артём сначала обрадовался.

Но потом попросил не вмешиваться.

— Я сам разберусь. Не хочу, чтобы твой отец думал, будто я не способен вести бизнес.

Я не стала настаивать.

Тогда я ещё не знала, что некоторые договорённости, которые Артём считал результатом собственных переговоров, были связаны с решениями инвестиционной группы моего отца.

Я не участвовала в этих переговорах лично.

Но иногда слышала, как отец обсуждал строительный холдинг семьи моего мужа.

Он никогда не называл его плохой компанией.

Однако однажды сказал:

— Их руководство слишком уверенно чувствует себя за счёт чужих денег.

Я спросила, что он имеет в виду.

Отец ответил:

— Когда бизнес начинает считать кредитные линии собственными средствами, рано или поздно возникает неприятный момент.

Я не придала словам значения.

Часть 3. Кристина и конец моего брака

Кристина появилась в жизни Артёма примерно за полгода до развода.

Сначала он говорил, что это новая сотрудница.

Потом объяснял, что они вместе работают над проектом.

Затем начал задерживаться в офисе.

Я не устраивала сцен.

Но однажды увидела сообщение на его телефоне.

«Любимый, скучаю. Когда мы наконец сможем перестать скрываться?»

Я долго смотрела на экран.

Потом положила телефон на место.

Вечером спросила:

— Артём, у тебя есть другая женщина?

Он даже не удивился.

Просто посмотрел на меня и ответил:

— Да.

Это было настолько неожиданно, что я несколько секунд не могла произнести ни слова.

— Давно?

— Несколько месяцев.

— Ты собирался мне рассказать?

— Я собирался решить всё спокойно.

— Что именно решить?

Артём вздохнул.

— Алиса, давай без драм. Мы оба понимаем, что наши отношения давно закончились.

Я смотрела на человека, с которым прожила три года.

— Почему ты не сказал раньше?

— Не хотел тебя расстраивать.

Я горько усмехнулась.

— Ты изменял мне несколько месяцев, но не хотел меня расстраивать?

Он раздражённо посмотрел на меня.

— Не нужно превращать это в трагедию.

На следующий день Артём сообщил, что хочет развестись.

Его мать полностью поддержала решение сына.

Она даже приехала к нам домой и начала обсуждать, какие вещи я должна забрать.

— Алиса, давай сделаем всё цивилизованно. Артём не собирается оставлять тебя на улице. Мы оплатим перевозку твоих вещей.

Я посмотрела на неё.

— А имущество?

Она удивлённо подняла брови.

— Какое имущество?

— То, которое приобреталось в браке.

Галина Петровна усмехнулась.

— Дорогая, не нужно строить из себя человека, который пришёл за деньгами. Ты же знаешь, что всё основное принадлежит нашей семье.

Я не стала спорить.

Юристы подготовили документы.

Мне предложили подписать соглашение, по которому каждый оставался при своём имуществе, а взаимных претензий у сторон не возникало.

Я внимательно прочитала бумаги.

Некоторые пункты показались мне странными.

Но мой адвокат объяснил, что соглашение не затрагивает активы, которые мне не принадлежат, и не содержит отказа от каких-либо моих самостоятельных прав.

Я подписала документы.

Не потому, что испугалась.

И не потому, что считала себя бесправной.

Просто мне больше не хотелось оставаться в этом браке.

Артём был уверен, что победил.

Он не знал, что я давно перестала рассчитывать на его деньги.

Он не знал, что моя жизнь никогда не зависела от его семейного холдинга.

И уж точно не знал, что его компания в течение последних двух лет активно пользовалась финансированием структур, связанных с моим отцом.

Часть 4. Мужчина у старой машины

Вернёмся к тому моменту, когда я вышла из ЗАГСа.

Я направилась к обочине.

Там стоял старый чёрный седан.

Машина была не новой, с небольшими царапинами на кузове и потёртым рулём.

Но я узнала её сразу.

Это была отцовская машина.

Он сидел за рулём в простой тёмной куртке.

На пассажирском сиденье лежала газета, а рядом стоял бумажный стаканчик с кофе.

Никаких охранников, водителей или помощников.

Только мой отец.

Я открыла заднюю дверь и села.

Он посмотрел на меня через зеркало заднего вида.

— Всё?

Я кивнула.

— Да, пап.

Несколько секунд мы молчали.

Потом я тихо произнесла:

— Пап, я развелась.

Отец посмотрел на меня внимательнее.

— Ты уверена, что всё сделала правильно?

Я почувствовала, как к горлу подступили слёзы.

— Да.

Он не стал задавать лишних вопросов.

Просто протянул руку назад и сжал мою ладонь.

— Тогда поехали домой.

Я посмотрела в окно.

Артём, Кристина и Галина Петровна всё ещё стояли возле своего внедорожника.

Они смеялись.

Кристина что-то показывала на телефоне.

Свекровь поправляла очки и явно была довольна произошедшим.

Отец проследил за моим взглядом.

— Это они?

Я кивнула.

— Да.

Он несколько секунд смотрел на них.

Затем достал старый кнопочный телефон.

Я удивилась.

Отец почти никогда не пользовался смартфонами для деловых разговоров.

У него был отдельный защищённый аппарат, который он носил с собой исключительно для важных звонков.

Он нажал одну клавишу.

— Да, слушаю, — раздался голос на другом конце.

Отец произнёс всего одно слово:

— Отзывай.

Затем отключился.

Я посмотрела на него.

— Пап, что ты сделал?

Он положил телефон на место.

— То, что давно следовало сделать.

— Я не понимаю.

Отец завёл двигатель.

— Алиса, ты помнишь, как несколько месяцев назад я спрашивал тебя о финансовом положении компании Артёма?

— Да.

— Тогда я получил отчёт о её обязательствах.

Я повернулась к нему.

— И что?

— Ничего хорошего.

Отец говорил спокойно, словно обсуждал погоду.

— Их холдинг слишком сильно зависит от внешнего финансирования. Они заключили несколько крупных контрактов, но не обеспечили достаточный объём собственных средств. Большая часть проектов держится на кредитных линиях и гарантиях инвесторов.

Я нахмурилась.

— Но Артём говорил, что у них всё прекрасно.

Отец коротко усмехнулся.

— Он много чего говорил.

— Пап, ты ведь не собираешься им мстить?

Отец посмотрел на меня через зеркало.

— Я не собираюсь мстить. Я собираюсь прекратить финансирование на условиях, которые больше не считаю приемлемыми.

— Но ведь там работают люди!

— Именно поэтому всё будет происходить через юристов, финансовые службы и в соответствии с договорами. Зарплаты сотрудников и обязательные платежи не должны становиться инструментом личных разборок.

Я облегчённо выдохнула.

Отец продолжил:

— Но больше никто не будет предоставлять твоему бывшему мужу деньги только потому, что его семья привыкла считать чужую поддержку своей собственностью.

Я посмотрела на него.

— Ты давно знал, что они собираются со мной развестись?

— Нет. Но я давно подозревал, что в их компании возникнут серьёзные проблемы.

— Почему ты мне ничего не говорил?

Отец помолчал.

— Потому что не хотел вмешиваться в твой брак. Ты сама выбрала этого человека. И я уважал твой выбор.

Я опустила голову.

— Прости, пап.

— За что?

— За то, что не послушала тебя.

Отец покачал головой.

— Не нужно извиняться за то, что любила человека. Это не преступление.

Я отвернулась к окну.

И впервые за весь день заплакала.

Часть 5. По дороге в аэропорт

В это время Артём, Кристина и Галина Петровна уже направлялись в аэропорт.

Внедорожник мчался по широкой городской магистрали.

В салоне играла музыка.

Кристина листала фотографии, выбирая снимки для публикации.

— Артём, посмотри, какое освещение! В Токио обязательно сделаем красивые фотографии.

— Конечно, дорогая.

Галина Петровна сидела сзади и разговаривала по телефону.

— Да, всё прошло замечательно! Наконец-то эта история закончилась. Артём свободен, теперь можно спокойно заниматься свадьбой.

Она засмеялась.

— Конечно, родители Кристины будут в восторге. Мы давно хотели объединить семьи.

Артём улыбнулся.

— Мам, только не начинай опять обсуждать свадьбу. Дайте нам хотя бы отдохнуть.

— А что такого? Я уже присмотрела несколько площадок.

Кристина положила голову ему на плечо.

— Я хочу свадьбу за городом. Чтобы всё было красиво, дорого и со вкусом.

— Будет, — ответил Артём.

Он чувствовал себя победителем.

Развод прошёл спокойно.

Алиса не потребовала денег.

Не устроила скандал.

Не стала обвинять Кристину.

И самое главное — не пыталась помешать их поездке.

Артём даже немного удивлялся её поведению.

Он ожидал, что бывшая жена будет плакать, умолять его остаться или хотя бы требовать компенсацию.

Но Алиса просто подписала бумаги и ушла.

— Знаешь, — произнесла Кристина, — я думала, она будет сложнее.

Артём пожал плечами.

— Она всегда была слишком тихой.

— Зато теперь у нас всё впереди.

Галина Петровна одобрительно кивнула.

— И правильно. Артёму нужна женщина, которая понимает его уровень.

Кристина улыбнулась.

— Я всегда говорила, что мы созданы друг для друга.

В этот момент телефон Артёма завибрировал.

На экране высветилось имя финансового директора холдинга.

— Да, слушаю.

Голос на другом конце был напряжённым.

— Артём Сергеевич, нам нужно срочно поговорить.

— Что случилось? Я еду в аэропорт.

— У нас проблема с финансированием.

Артём нахмурился.

— Какая проблема?

— Поступило официальное уведомление о приостановке новых траншей по нескольким кредитным линиям.

— Что значит приостановке?

— Инвестор отозвал согласование дальнейшего финансирования. Кроме того, юристы требуют пересмотра гарантий по ряду проектов.

Артём резко выпрямился.

— Кто отозвал?

— Представители инвестиционной группы, связанной с основным финансовым партнёром холдинга.

— Это невозможно. У нас подписаны соглашения!

— Именно поэтому юристы сейчас изучают условия досрочного пересмотра.

Артём почувствовал неприятный холод внутри.

— Позвони мне через двадцать минут. Я буду в аэропорту.

— Артём Сергеевич, это срочно.

— Я сказал, через двадцать минут!

Он отключился.

Кристина посмотрела на него.

— Что случилось?

— Ничего серьёзного. Какие-то финансовые вопросы.

Галина Петровна повернулась к сыну.

— Опять твои сотрудники не могут ничего решить без тебя?

— Мам, не сейчас.

Телефон снова зазвонил.

На этот раз звонил заместитель генерального директора.

— Артём, ты где?

— Еду в аэропорт. Что происходит?

— Нам заблокировали доступ к нескольким кредитным лимитам.

— Кто?

— Финансовый партнёр. И это ещё не всё. Банк запросил дополнительные документы по гарантиям.

— Почему?

— Пока не знаем. Но у нас завтра крупный платёж подрядчикам.

Артём почувствовал, как начинает болеть голова.

— Разберитесь без меня. Я буду на связи.

Он положил телефон на сиденье.

Кристина осторожно спросила:

— Может, нам отменить поездку?

— Нет. Ничего отменять не нужно.

Но голос его уже звучал не так уверенно.

Часть 6. Первые звонки

Когда внедорожник подъехал к аэропорту, Артём получил ещё одно сообщение.

На этот раз от финансового директора.

«Срочно. Необходимо ваше присутствие. Вопрос касается обеспечения обязательств по основным проектам».

Артём открыл сообщение и перечитал его несколько раз.

— Что там? — спросила мать.

— Проблемы с финансированием.

— Какие ещё проблемы? У вас же всё прекрасно!

— Мам, я пока не знаю.

Галина Петровна раздражённо махнула рукой.

— Господи, вечно эти сотрудники устраивают панику. Скажи им, чтобы не беспокоили тебя во время отпуска.

Артём не ответил.

Он вышел из машины, достал чемодан и направился к терминалу.

Кристина шла рядом.

— Артём, ты обещал, что мы не будем заниматься работой во время поездки.

— Я помню.

— Тогда выключи телефон.

Он посмотрел на неё.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что у нас проблемы.

Кристина остановилась.

— Насколько серьёзные?

— Пока не знаю.

В этот момент зазвонил телефон Галины Петровны.

Она посмотрела на экран и удивилась.

— Геннадий?

Свекор звонил из офиса.

— Валя, вы уже в аэропорту?

— Да. Что случилось?

— Срочно возвращайтесь.

— Что значит возвращайтесь? Мы через час должны вылетать!

— Речь о компании. Нужно срочно собраться.

Галина Петровна побледнела.

— Что произошло?

Геннадий Петрович тяжело вздохнул.

— У нас отзывают финансирование по нескольким направлениям. И ещё пришёл запрос на проверку ряда договоров.

— Но почему?

— Пока не знаю.

— Геннадий, ты же говорил, что всё под контролем!

— Я сам пытаюсь разобраться!

Она отключилась.

Кристина посмотрела на неё.

— Что случилось?

Галина Петровна медленно опустила телефон.

— Похоже, поездку придётся отложить.

Артём уже набирал номер финансового директора.

— Мне нужна полная информация. Сейчас.

В ответ он услышал:

— Артём Сергеевич, ситуация гораздо серьёзнее, чем мы думали.

— Объясни.

— По некоторым проектам прекращено дальнейшее согласование новых траншей. Кроме того, инвестор запросил документы по всем действующим обязательствам.

— Кто именно?

Финансовый директор назвал инвестиционную группу.

Артём замер.

Он прекрасно знал эту компанию.

Это была одна из крупнейших структур, обеспечивавших финансирование его холдинга.

И он знал, что её решения обычно принимались не случайно.

— Кто подписал уведомление? — спросил он.

— Представитель управляющей компании.

— Мне нужно поговорить с руководством.

— Они сообщили, что все дальнейшие обращения будут рассматриваться только через официальный юридический канал.

Артём медленно опустил телефон.

Кристина взяла его за руку.

— Что теперь?

Он не ответил.

Впервые за долгое время он не знал, что сказать.

В этот момент мой отец сидел за кухонным столом.

Перед ним лежала папка с документами.

Он просматривал отчёты и слушал доклад своего помощника.

— Все уведомления направлены? — спросил он.

— Да, Виктор Андреевич. Юридический отдел получил подтверждения. Финансовые службы начали пересмотр действующих обязательств в рамках договоров.

— Хорошо. Главное, чтобы не пострадали сотрудники и добросовестные подрядчики.

— Мы предусмотрели отдельный порядок расчётов по защищённым обязательствам.

Отец кивнул.

— И ещё. Никаких разговоров о моей дочери. Личные обстоятельства не должны фигурировать ни в одном официальном документе.

— Понимаю.

— Всё должно быть юридически чисто.

Помощник немного помолчал.

— Виктор Андреевич, руководство холдинга уже пытается связаться с вами.

Отец закрыл папку.

— Пусть обращаются официально.

— Они говорят, что это чрезвычайная ситуация.

— Для них всё всегда чрезвычайная ситуация, когда заканчиваются чужие деньги.

Он поднялся и подошёл к окну.

На улице начинался вечер.

Я сидела в соседней комнате, завернувшись в плед.

Отец посмотрел на меня.

— Алиса, тебе нужно отдохнуть.

— Пап, а что будет дальше?

Он некоторое время молчал.

— Дальше каждый получит возможность отвечать за собственные решения.

Я опустила глаза.

— Я не хочу, чтобы из-за меня пострадали невиновные люди.

Отец подошёл и положил руку мне на плечо.

— Не пострадают. Я уже дал соответствующие распоряжения. Мы не будем разрушать компанию ради того, чтобы наказать её владельцев. Но и спасать тех, кто годами игнорировал риски, никто больше не обязан.

Я кивнула.

И впервые за много месяцев почувствовала, что могу спокойно дышать.

Я больше не была женой Артёма.

Не была частью его семьи.

Не должна была оправдываться перед его матерью или доказывать Кристине, что достойна уважения.

Я была просто Алисой.

Дочерью человека, который однажды пообещал, что никогда не оставит меня одну.

А в аэропорту Артём получил ещё один звонок.

На этот раз звонил отец.

— Артём, где ты?

— В аэропорту.

— Немедленно возвращайся в офис.

— Пап, я уже знаю о финансировании.

— Тогда ты понимаешь, насколько всё серьёзно?

— Мы можем договориться.

— С кем?

Артём назвал инвестиционную группу.

Геннадий Петрович замолчал.

Потом спросил:

— Ты случайно не знаешь человека по фамилии Виктор Андреевич?

Артём нахмурился.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что мне только что сообщили, что он лично распорядился пересмотреть сотрудничество с нашим холдингом.

Артём почувствовал, как внутри всё оборвалось.

Перед глазами неожиданно возникла картина возле ЗАГСа.

Старая чёрная машина.

Неброская куртка мужчины за рулём.

Алиса, которая открыла заднюю дверь и тихо сказала:

«Пап, я развелась».

Затем тот самый телефон.

И одно короткое слово.

«Отзывай».

Артём медленно повернулся к Кристине.

— Нам нужно кое-что проверить.

— Что?

Он посмотрел на неё совершенно другим взглядом.

— Кто такой отец Алисы на самом деле?