Мой жених Кирилл искренне считал, что

Мой жених Кирилл искренне считал, что лучший подарок на мой тридцатый день рождения — это его отсутствие и сорок тысяч рублей, переведённые на карту небрежным движением пальца.
«Моей бывшей Жанночке сегодня очень нужно помочь перевезти вещи на дачу и настроить новый роутер, она же мать моих детей!» — ласково ворковать умел этот святой человек. Пока я ломала зубочистки от ярости в кафе, Кирилл упорхнул спасать свою «беспомощную» Жанну, которая до сих пор дёргала его за поводок по первому писку.
Он думал, что откупился. Он думал, что я тихо поплачу в подушку, куплю себе очередную сумочку и продолжу терпеть этот гаремный филиал под маркой «заботы о детях».
Но Кирилл напрочь забыл одну маленькую деталь: я работаю старшим аудитором в той самой строительной компании «ЕвроТраст», где он занимает должность регионального директора, а его бывшая Жанна уже два года числится «ведущим консультантом» с окладом в сто пятьдесят тысяч рублей. И мой праздничный уикенд я решила посвятить не шопингу, а внеплановой проверке штатного расписания…
Продолжение в комментарии…
И я начала проверку.

В субботу утром, пока нормальные именинницы отсыпались после праздника с шампанским и подружками, я сидела в пустом офисе. У меня был ключ. У меня был доступ к 1С. У меня был доступ ко всему, потому что я старший аудитор и дура, которая три года закрывала глаза на то, как мой жених тащит в штат свою бывшую.

Я открыла карточку сотрудника: Жанна Аркадьевна Ветрова. Дата приема — 14 марта два года назад. Должность — ведущий консультант отдела развития. Оклад — 150 000 рублей. Премии — ежеквартально по 100% оклада. За два года — 5 миллионов 400 тысяч рублей зарплаты. За что?

Я открыла ее должностные обязанности. Там было написано красиво: « Консультирование по вопросам стратегического развития, анализ рынка, подготовка аналитических записок ».

Я пошла в архив аналитических записок. За два года от Жанны не было ни одной записки. Ни одной. Ноль.

Я пошла в отдел пропусков. За два года Жанна появлялась в офисе 11 раз. Одиннадцать. Из них 8 раз — в кабинет Кирилла. Время пребывания — от 2 до 4 часов. Дверь закрывалась изнутри.

Я открыла табель. У нее стоял полный рабочий день. Всегда. Даже когда она была, по словам Кирилла, « на даче с детьми и без интернета ».

Я сидела и чувствовала, как у меня перестают дрожать руки. Зубочистки я больше не ломала. Я считала.

Сорок тысяч, которые он мне кинул на день рождения. Щедрый жест. А своей Жанночке он за два года подарил пять миллионов из бюджета компании. Из бюджета, который я должна была проверять. И который я проверяла спустя рукава, потому что « ну это же Кирилл, ну это же его дети, ну не могу я быть такой стервой ».

Могу. Оказывается, могу.

В понедельник я пришла на работу на час раньше. В красивом платье. С макияжем. С тридцатилетней улыбкой женщины, которой только что подарили сорок тысяч и свободные выходные.

Кирилл пришел с букетом. Розы. 15 штук. За 3 тысячи рублей. После 5 миллионов для Жанны это выглядело особенно трогательно.

— Котик, ну прости, — начал он свою шарманку. — Ты же понимаешь, Жанна одна с детьми, ей тяжело, грузчики обманули, роутер не работает, дети без мультиков, она плачет…

— Конечно, понимаю, — сказала я и взяла букет. — Дети без мультиков — это страшное дело. Роутер — это святое.

Он выдохнул. Решил, что пронесло. Что я опять проглотила.

— Я знал, что ты у меня самая мудрая, самая понимающая, — он потянулся меня обнять.

— Подожди, — я отодвинула его руку. — У меня для тебя тоже подарок. На мой день рождения. Ты же любишь сюрпризы?

— Люблю, — он расплылся.

— Тогда пойдем к генеральному. Я там уже все подготовила. Сюрприз.

У генерального директора, Игоря Валентиновича, было лицо человека, который уже все знает. Потому что в воскресенье вечером я отправила ему на почту файл. Назывался файл просто: « Внеплановый аудит по сотруднику Ветрова Ж.А. Предварительные итоги. Конфиденциально ».

В файле было 18 страниц. Скрины табеля. Скрины пропусков. Отсутствие отчетов. Выписка по зарплате. И вишенка — переписка Кирилла с Жанной в корпоративной почте, которую он забыл удалить. Где Жанна писала: « Котик, кинь мне премию, хочу губы сделать », а он отвечал: « Кис, уже подписал, жди ».

Игорь Валентинович посмотрел на Кирилла поверх очков.

— Кирилл, ты ничего не хочешь мне объяснить? — спросил он тихо.

Кирилл побледнел. Он посмотрел на меня. Потом на файл на столе генерального. Потом снова на меня.

— Ты… ты рылась… ты…

— Я делала свою работу, — сказала я спокойно. — Я старший аудитор. Я обязана проверять, куда уходят деньги компании. Оказывается, у нас два года в штате числится мертвая душа с зарплатой 150 тысяч, которая приходит на работу 11 раз за два года, чтобы настроить роутер у тебя дома. Ой, то есть у бывшей дома.

— Это… это не так! Она работает удаленно! Она консультант!

— Консультант чего, Кирилл? По настройке роутеров? По перевозке вещей на дачу? Где ее консультации? Где ее аналитика? — я открыла папку. — Вот табель. Вот пропуски. Вот отсутствие любых следов работы. Игорь Валентинович, по моим подсчетам, компания потеряла 5,4 миллиона рублей на зарплате и еще около миллиона на налогах и взносах с этой зарплаты. Итого 6,4 миллиона ущерба.

Игорь Валентинович кивнул.

— Кирилл, это правда?

Кирилл молчал. Пот тек по его виску. Букет роз в моих руках начал осыпаться.

— Я… я хотел помочь детям… у нее ипотека… она мать моих детей…

— Твои дети, — сказал Игорь Валентинович, — не работают в « ЕвроТрасте ». А их мать — тем более. Если ты хотел помогать детям — помогай из своей зарплаты. А не из моей компании.

— Игорь Валентинович, я все верну! Я…

— Конечно вернешь, — сказал генеральный. — Юристы уже готовят документы. Это будет либо добровольное возмещение, либо заявление в полицию по статье « Злоупотребление полномочиями » и « Мошенничество ». Ты же понимаешь, что фиктивное трудоустройство — это уголовка?

Кирилл сел. Прямо на пол. Розы упали.

— А теперь второе, — сказал Игорь Валентинович и посмотрел на меня. — Что вы хотите, чтобы мы сделали с Ветровой?

— Уволить за прогулы, — сказала я. — С удержанием. И подать в суд на возврат неосновательного обогащения. Если она не докажет, что работала — пусть возвращает деньги.

— А с этим? — генеральный кивнул на Кирилла на полу.

— А с этим, — я посмотрела на своего жениха, который еще в пятницу считал, что лучший подарок — это его отсутствие, — а с этим я разберусь сама. Вне работы.

Через час приказ был подписан. Жанна Ветрова была уволена за прогулы одним днем. Ей заблокировали все доступы и отправили досудебную претензию на 5,4 миллиона.

Кирилл написал заявление на увольнение по собственному желанию и обязательство вернуть компании 6,4 миллиона в течение года. Если не вернет — пойдет уголовное дело. Игорь Валентинович — мужик жесткий, но справедливый. Он дал ему шанс не сесть.

Мы вышли из кабинета генерального вместе. Кирилл шел, как побитая собака.

— Ты… ты меня уничтожила, — прошептал он в коридоре.

— Нет, — сказала я. — Ты сам себя уничтожил, когда решил, что можно содержать бывшую жену за счет компании, где работает твоя нынешняя невеста. И когда решил, что сорок тысяч — это нормальный подарок на тридцатилетие женщине, которая тебя любит.

— Я… я думал, ты поймешь… у меня дети…

— У тебя дети, Кирилл. А у меня — самоуважение. И теперь у меня еще есть премия от генерального за выявленную схему. Знаешь, сколько? Сто пятьдесят тысяч. Как раз месячная зарплата Жанночки. Прикольно, да?

Я сняла с пальца кольцо. То самое, помолвочное, которое он подарил год назад в ресторане. С маленьким бриллиантом. За 40 тысяч, кстати. Как раз как подарок на день рождения. У него все по одному прайсу.

— Держи, — я положила кольцо ему в карман пиджака. — Отдай Жанне. Пусть настроит себе что-нибудь. Роутер, например. Или мозг.

И ушла. В свой кабинет. Старшего аудитора.

Вечером мне позвонила Жанна. Первый раз в жизни.

— Ты тварь! — орала она в трубку. — Ты сломала жизнь моим детям! Из-за тебя Кирилл теперь без работы! Из-за тебя у меня требуют пять миллионов! Ты что думаешь, ты самая умная?!

— Жанна, — сказала я спокойно, — я не трогала ваших детей. Я тронула ваши пять миллионов, которые вы два года получали ни за что, пока я сидела в соседнем кабинете и проверяла чужие чеки на 100 рублей. И если вы работали — докажите. Покажите хоть одну вашу аналитическую записку. Хоть одну.

Она замолчала. Потом бросила трубку.

Через месяц Кирилл продал свою машину, чтобы внести первый платеж компании. Переехал к маме. Жанна удалила его из всех соцсетей, когда поняла, что денег больше не будет. Оказалось, что « беспомощная мать его детей » прекрасно справляется без него, когда перестают капать 150 тысяч в месяц. И роутер сама настраивает. И вещи перевозит. Волшебство.

А я отметила свой тридцатый день рождения еще раз. С подругами. Без Кирилла. Без Жанны. С тортом и шампанским. И купила себе не сумочку за сорок тысяч, а поездку на море за сто пятьдесят. На премию имени Жанны.

И знаете, что самое приятное? Зубочистки я больше не ломаю. Мне больше не надо ломать зубочистки от ярости. Потому что я больше не терплю гаремный филиал под маркой « заботы о детях ».

Я просто увольняю весь гарем. Одним аудитом.