Здоровье

Цветок, который нельзя трогать

Этап 1. Цветок, который нельзя трогать

Но ночью ей опять приснились слоны.

На этот раз они не воровали яблоки. Они стояли возле колодца, опустив хоботы в воду, и смотрели на Алю огромными человеческими глазами. Один из слонов вдруг заговорил голосом Вики:

— Ты опять не туда смотришь.

Аля проснулась от собственного крика.

В комнате было темно. Свечи давно догорели, а холод пробирался под одеяло. Она лежала неподвижно, прислушиваясь к себе. Малыш шевельнулся. Совсем немного, будто напоминал о своем присутствии.

— Я здесь, — прошептала Аля. — Я тебя слышу.

Она осторожно погладила живот.

Вика всегда говорила, что Аля плохо видит очевидное. Даже в детстве, когда они играли в прятки, Аля могла пройти мимо спрятавшейся под кустом Вики несколько раз, хотя та торчала из кустов всеми конечностями.

— У тебя куриная слепота, — смеялась Вика. — Ты днем ничего не замечаешь, а ночью вообще пропадешь.

Аля обижалась.

— Нет у меня никакой слепоты!

— Есть. Бабушка говорила.

И бабушка действительно говорила о цветке, который называла куриной слепотой. Маленький желтый цветочек, растущий в траве. Стоило его сорвать, как Вика начинала изображать слепую, а Аля пугалась, что сестра действительно потеряла зрение.

Впрочем, бабушка всегда смеялась.

— Не верьте вы ей. Это обычный цветок.

Теперь, лежа в холодном доме, Аля почему-то вспомнила именно эти слова.

Утром она решила возвращаться.

Собрала вещи, сложила в пакет оставшиеся продукты и вышла во двор.

Но возле колодца остановилась.

Крышка лежала на месте.

Аля не собиралась туда заглядывать.

И все же подошла.

Не потому, что хотела.

Просто ей показалось, что кто-то стоит за колодцем.

Она медленно обошла его.

Никого.

Только трава, старая яблоня и несколько желтых цветков возле забора.

Аля посмотрела на них.

Потом отвернулась.

— Глупости, — сказала она вслух.

И пошла к калитке.

Этап 2. Вика приехала

На автобусной остановке Аля обнаружила, что следующий автобус будет только через три часа.

Она села на старую скамейку, поставила рядом пакет и достала телефон.

Володя звонил дважды.

Аля не ответила.

Она не хотела слышать его голос. Не потому, что сердилось на него. Просто рядом с ним ей становилось страшнее.

Он слишком сильно переживал.

После смерти Игоря Володя несколько месяцев почти не разговаривал. Аля помнила, как он сидел в детской, держа в руках крошечную шапочку, которую они купили заранее.

Тогда она впервые подумала, что он может не выдержать.

И вот теперь они снова ждали ребенка.

Она посмотрела на телефон.

Пришло сообщение.

«Аля, я отправил Вику. Она скоро будет».

Аля нахмурилась.

Через несколько минут подъехала старая машина.

Из нее вышла Вика.

Волосы собраны в небрежный пучок, на лице большие темные очки, на плечах легкая куртка.

Она остановилась возле скамейки.

— Ну здравствуй.

Аля не сразу ответила.

Вика сняла очки.

— Ты что, собиралась тут жить?

— Я хотела вернуться.

— А почему не вернулась?

Аля посмотрела на нее.

— Ты приехала одна?

Вика улыбнулась.

— А кого еще ты ждала?

Аля вдруг почувствовала, как внутри все сжалось.

— Володя?

Вика перестала улыбаться.

— Нет.

Они долго смотрели друг на друга.

Потом Вика присела рядом.

— Аля, ты совсем меня не узнаешь?

— Узнаю.

— Тогда почему так смотришь?

Аля отвернулась.

— Потому что ты давно не приезжала.

Вика ничего не ответила.

И это молчание было гораздо страшнее любой ссоры.

Этап 3. Четверо детей

В машине Вика долго не разговаривала.

Аля сидела на пассажирском сиденье, поглаживая живот.

Когда они проехали несколько километров, Вика наконец спросила:

— Ты опять не ходила к врачу?

— Нет.

— Аля!

— Я не хочу.

Вика сжала руль.

— Ты понимаешь, что можешь потерять ребенка?

Аля отвернулась к окну.

— Не говори так.

— А как говорить? Ты же уже…

Вика замолчала.

Аля закрыла глаза.

Алеша.

Юрочка.

Семен.

Игорь.

Четыре имени, которые она произносила почти каждый день.

Четыре маленькие жизни.

Четыре фотографии, которые так и не появились в семейном альбоме.

Первый ребенок прожил пять дней.

Второй — три.

Третий — четыре.

Игорь — меньше суток.

Врачи говорили разные вещи.

Иногда находили причину.

Иногда разводили руками.

Аля перестала верить им.

Она перестала верить даже собственному телу.

— Вика, — тихо сказала она, — а ты помнишь, как мы играли в больницу?

Вика посмотрела на нее.

— Помню.

— Ты всегда была врачом.

— А ты всегда была пациенткой.

Аля улыбнулась.

— И ты говорила, что спасешь меня.

Вика резко отвернулась.

— Не надо.

— Что?

— Не надо вспоминать.

Аля посмотрела на нее.

И вдруг поняла, что Вика тоже боится.

Не за себя.

За нее.

Этап 4. Дом, в котором никто не жил

В Михайловке Вика остановилась возле старого дома.

— Ты серьезно хотела здесь остаться?

— Да.

— Одна?

— Да.

Вика посмотрела на нее с таким выражением, что Аля невольно рассмеялась.

— Не смотри так.

— Как?

— Будто я сумасшедшая.

Вика открыла багажник и достала две сумки.

— Я привезла тебе вещи.

Аля удивилась.

— Какие?

— Теплые. И еду.

Она взяла сумку.

— Спасибо.

Вика прошла в дом.

Внутри пахло сыростью.

Она открыла окно, потом дверь, потом еще одно окно.

— Здесь невозможно жить!

— Я знаю.

— Тогда зачем приехала?

Аля не ответила.

Вика посмотрела на нее.

— Аля?

— Мне здесь снилась бабушка.

Вика замерла.

— Что?

— Бабушка.

Она подошла к столу и села.

— Я не знаю почему. Но мне кажется, что она хочет мне что-то сказать.

Вика медленно поставила сумку.

— Ты видела ее?

— Нет.

— А что тогда?

Аля рассказала о слонах.

О колодце.

О чужом лице в воде.

Вика слушала внимательно.

Когда Аля закончила, она долго молчала.

— Ты знаешь, — наконец сказала она, — бабушка тоже рассказывала мне странные вещи.

Аля подняла голову.

— Какие?

Вика отвернулась.

— Потом.

Этап 5. Чужое лицо

Ночью они спали в одной комнате.

Вика устроилась на старом диване, Аля — на кровати.

Перед сном Вика долго смотрела в окно.

— Ты когда-нибудь думала, почему бабушка называла этот цветок куриной слепотой?

— Потому что он ядовитый?

— Нет.

Вика улыбнулась.

— Она говорила, что люди иногда видят только то, что хотят видеть.

Аля нахмурилась.

— Что?

— Ничего.

Вика отвернулась.

Но ночью Аля проснулась.

Она услышала, как кто-то ходит по дому.

Сначала подумала, что это Вика.

Потом поняла, что шаги идут со стороны кухни.

Она осторожно поднялась.

В коридоре горел слабый свет.

Аля остановилась.

Возле кухонного стола стояла женщина.

В старом платье.

С длинными волосами.

Она была похожа на бабушку.

— Бабушка?

Женщина повернулась.

И Аля увидела чужое лицо.

Не страшное.

Не злое.

Просто незнакомое.

— Ты поздно приехала, — сказала женщина.

Аля отступила.

— Кто вы?

Женщина улыбнулась.

— А ты разве не знаешь?

Аля почувствовала, как живот болезненно напрягся.

Она схватилась за стену.

— Вика!

Женщина исчезла.

В коридоре осталась только темнота.

Аля закричала.

Вика выбежала из комнаты.

— Что?!

Аля указала на кухню.

— Там…

Вика посмотрела.

Никого.

Потом обняла ее.

— Аля, тебе нужно в больницу.

— Нет!

— Нужно.

Аля плакала.

— Я не хочу!

Вика прижала ее к себе.

— Я знаю.

И впервые за много лет Аля позволила себе не сопротивляться.

Этап 6. Правда о Вике

Утром Вика позвонила Володе.

Аля услышала, как она разговаривает на крыльце.

— Да, мы едем.

Пауза.

— Нет, она не хочет.

Еще пауза.

— Володя, ты должен понимать…

Аля вышла.

Вика быстро убрала телефон.

— Что ты сказала ему?

— Что мы едем к врачу.

— Я не поеду.

Вика посмотрела на нее.

— Аля, хватит.

— Почему ты все время решаешь за меня?

— Потому что ты сама не можешь!

Аля резко подняла голову.

— Не могу?

Вика замолчала.

— Ты даже не представляешь, как мне тяжело, — продолжила Аля. — Ты уехала. В Хорватию. У тебя своя жизнь. Муж, работа, друзья. А я осталась здесь.

Вика побледнела.

— Аля…

— Ты даже не приехала после Игоря.

Вика опустила глаза.

— Я не могла.

— Почему?

Вика долго молчала.

Потом сказала:

— Потому что боялась.

Аля нахмурилась.

— Чего?

Вика посмотрела на нее.

— Что ты узнаешь правду.

Аля почувствовала, как внутри все похолодело.

— Какую правду?

Вика не ответила.

Она просто взяла Алю за руку.

— Поехали в больницу.

Этап 7. Куриная слепота

В больнице Алю приняли сразу.

Володя уже ждал.

Он стоял возле кабинета, бледный, с красными глазами.

Когда увидел жену, сразу обнял ее.

— Аля…

Она прижалась к нему.

— Прости.

Володя ничего не сказал.

Только держал ее за руку.

Врач долго осматривала Алю.

Потом сделала УЗИ.

В кабинете стало тихо.

Аля смотрела на экран.

Она не понимала, что видит.

Врач улыбнулась.

— Сердцебиение есть.

Володя закрыл лицо руками.

Аля заплакала.

— Правда?

— Правда.

Врач продолжила осмотр.

Потом сказала:

— Но вам необходимо наблюдаться. И никаких поездок в заброшенные дома.

Аля кивнула.

Володя крепко держал ее руку.

Когда они вышли из кабинета, Вика стояла возле окна.

Аля подошла к ней.

— Ты знала?

Вика посмотрела на нее.

— Что?

— Что ребенок жив.

Вика улыбнулась.

— Я надеялась.

Аля обняла ее.

И вдруг поняла, что впервые за много лет не чувствует себя одинокой.

Этап 8. Секрет бабушки

Вечером они вернулись в Михайловку.

Вика достала из сумки старую фотографию.

На ней была бабушка.

А рядом две маленькие девочки.

Аля и Вика.

— Помнишь? — спросила Вика.

Аля кивнула.

— Конечно.

Вика перевернула фотографию.

На обороте было написано:

«Мои девочки. Не позволяйте страху ослепить вас».

Аля нахмурилась.

— Что это значит?

Вика долго молчала.

Потом сказала:

— Бабушка знала, что ты будешь бояться.

Аля посмотрела на нее.

— Чего?

Вика опустила глаза.

— Потерять ребенка.

Аля почувствовала, как внутри все сжалось.

— Вика…

— Я должна тебе сказать.

Она глубоко вдохнула.

— Я не приезжала не потому, что забыла тебя.

Аля молчала.

— Я боялась, что ты будешь винить меня.

— За что?

Вика посмотрела на нее.

— За то, что я тогда не сказала правду.

Аля почувствовала, как холодеют пальцы.

— Какую?

Вика протянула ей фотографию.

— Когда ты была беременна Алешей, я видела, как ты плакала возле бабушкиного колодца.

Аля кивнула.

— Помню.

— Ты сказала, что боишься.

— Да.

Вика закрыла глаза.

— А я тогда тоже была беременна.

Аля замерла.

— Что?

— Я потеряла ребенка.

В комнате стало тихо.

Аля медленно села.

— Почему ты мне не сказала?

Вика заплакала.

— Потому что не хотела, чтобы ты переживала.

Аля посмотрела на нее.

И вдруг поняла.

Они обе были слепы.

Одна не замечала, что рядом есть человек, который страдает так же.

Другая не могла признаться в своей боли.

А бабушка называла это куриной слепотой.

Когда человек видит только собственный страх.

Этап 9. Пятый ребенок

Прошло несколько месяцев.

Аля больше не ездила в Михайловку одна.

Володя сопровождал ее на каждом обследовании.

Вика звонила почти каждый день.

Иногда они разговаривали часами.

О беременности.

О детстве.

О бабушке.

О том, как обе боялись потерять друг друга.

Когда пришло время родов, Аля была спокойна.

Она держала Володю за руку.

— Если опять…

— Не говори.

— Володя…

Он поцеловал ее.

— Мы справимся.

И на этот раз они справились.

Ребенок родился здоровым.

Девочка.

Маленькая, розовая, с громким голосом.

Аля плакала.

Володя тоже.

Когда медсестра спросила, какое имя записать, Аля посмотрела на мужа.

— Вика.

Володя улыбнулся.

— Вика?

— Да.

Она посмотрела на дочь.

— В честь моей сестры.

Через несколько дней Вика приехала в больницу.

Она долго стояла возле кроватки.

Потом осторожно взяла малышку на руки.

— Здравствуй, моя маленькая.

Аля улыбнулась.

— Ты знаешь, я больше не боюсь.

Вика посмотрела на нее.

— Правда?

— Правда.

Аля погладила дочь по голове.

— Я теперь знаю, что любовь не всегда спасает от боли.

Но она помогает пережить ее.

Этап 10. Последний цветок

Весной они снова приехали в Михайловку.

Дом уже не казался таким страшным.

Володя починил крышу.

Бабушкин сад зарос травой.

Аля вышла во двор с маленькой Викой на руках.

Возле забора росли желтые цветочки.

Куриная слепота.

Она наклонилась и посмотрела на них.

Вика подошла сзади.

— Не трогай.

Аля улыбнулась.

— Я знаю.

Они стояли рядом.

Две женщины.

Две сестры.

Две жизни, которые однажды чуть не потеряли друг друга.

Аля посмотрела на младшую Вику.

Девочка спала.

Она была теплой, живой.

И Аля вдруг поняла, что больше не хочет вспоминать страшные ночи.

Она не забудет своих четверых детей.

Никогда.

Но теперь в ее сердце было место и для радости.

Володя подошел к ним.

— Пойдемте домой.

Аля посмотрела на него.

— Домой?

Он улыбнулся.

— Конечно.

Она взяла его за руку.

И они пошли.

А за ними, возле старого забора, остались желтые цветы.

Бабушка когда-то говорила:

«Куриная слепота — это когда человек не замечает того, что у него прямо перед глазами».

Аля наконец-то поняла.

Она не видела, как сильно ее любили.

Не замечала, что Володя переживал не меньше нее.

Не понимала, что Вика тоже потеряла ребенка.

И все это время думала, что одна несет свою боль.

Теперь она знала.

Иногда самое страшное в жизни — не потерять зрение.

А ослепнуть от собственного горя.

И не заметить, что рядом кто-то протягивает тебе руку.

Конец.