Сынок, я слышала, что Катя аванс получила

Getting your Trinity Audio player ready...

«Сынок, я слышала, что Катя аванс получила, а ты мне новый сервант обещал!» — заявила свекровь с порога. Но ответ невестки заставил обоих замолчать…

Катя проснулась в субботу с каким-то особенно приятным настроением. За окном светило осеннее солнце, на кухне тихо тикали часы, а впереди был целый день, который она собиралась посвятить себе и маленьким радостям.

Последние несколько недель выдались непростыми. На работе накопилось столько задач, что Катя несколько раз задерживалась до позднего вечера. Приходилось разбираться с отчётами, отвечать на бесконечные сообщения и исправлять чужие ошибки. Единственное, что радовало её по-настоящему, — вчера наконец пришёл аванс.

Деньги были вполне заслуженными. Катя не собиралась тратить их бездумно. Часть она планировала отложить на коммунальные платежи, часть — на продукты и необходимые покупки для дома. А небольшую сумму решила оставить себе.

Давно она не покупала ничего просто потому, что ей этого хотелось.

Муж, Дмитрий, последние два месяца не работал. Сначала он уверял, что увольнение произошло по независящим от него обстоятельствам и что новую работу он найдёт буквально за пару недель. Потом начались разговоры о неподходящих вакансиях, маленьких зарплатах и несправедливых работодателях.

Катя старалась его поддерживать.

Она понимала, что потеря работы может ударить по самолюбию мужчины. Поэтому не устраивала ежедневных допросов, не требовала немедленно устраиваться куда угодно и даже взяла на себя большую часть домашних расходов.

Но постепенно поддержка превратилась в обязанность.

Дмитрий перестал искать работу с прежней настойчивостью. Он мог часами сидеть за ноутбуком, играть, смотреть видео или обсуждать с друзьями какие-то новости. Когда Катя возвращалась вечером домой, её встречали немытая посуда, разбросанные вещи и муж, который жаловался на отсутствие настроения.

Поначалу она молчала. Потом начала просить о помощи. Но каждая такая просьба заканчивалась обидой.

Впрочем, сегодня Катя решила не думать о неприятностях.

Она надела удобную куртку, взяла сумку и отправилась на рынок.

Там она купила свежие овощи, мясо, зелень, несколько сортов сыра и красивые яблоки. В соседнем магазине взяла продукты для домашнего пирога. Возвращаясь домой, она даже зашла в цветочный киоск и купила небольшой букет хризантем.

— Вот теперь будет настоящий выходной, — улыбнулась она, открывая дверь квартиры.

Дмитрий находился в спальне. Из-за закрытой двери доносились звуки компьютерной игры.

— Дим, я пришла! — крикнула Катя.

— Угу, — отозвался муж, не отрываясь от экрана.

Она поставила пакеты на кухне, сняла куртку и начала раскладывать покупки.

— Дим, помоги мне, пожалуйста, занести остальные пакеты из коридора.

— Катюш, ну подожди! У меня тут важный момент.

Она посмотрела на часы.

— Какой ещё важный момент? Ты уже два часа играешь.

— И что? Мне теперь даже отдохнуть нельзя?

— Я не говорю, что нельзя. Просто помоги мне. Пакеты тяжёлые.

— Ну поставь их пока возле двери. Потом занесу.

Катя глубоко вздохнула.

— Хорошо. Тогда хотя бы вынеси мусор, когда будешь выходить.

— Господи, Катя! Ты можешь дать мне спокойно посидеть? Я только начал играть!

Она замерла с пакетом в руках.

— Дмитрий, ты сидишь с утра. Я сходила на рынок, купила продукты, принесла всё домой. Неужели так трудно подняться и помочь жене?

Муж наконец появился в дверях спальни.

— А ты опять начинаешь? Я, между прочим, не просто так дома сижу. У меня сейчас очень сложный период.

— Я прекрасно знаю, что ты не работаешь. Но это не означает, что ты не можешь ничего делать по дому.

— Вот! Именно! Ты только и умеешь напоминать мне, что я без работы!

— Потому что уже два месяца прошло, Дима!

— И что? Думаешь, я не переживаю? Думаешь, мне нравится просыпаться утром и понимать, что я никому не нужен?

Катя устало посмотрела на мужа.

— Я ни разу не говорила, что ты никому не нужен. Но мне тоже тяжело. Я работаю, оплачиваю счета, покупаю продукты, занимаюсь домом. А ты даже мусор вынести не можешь.

— Ты должна меня поддерживать, а не пилить!

— Поддерживать — это не значит полностью содержать взрослого человека, который даже не пытается мне помочь.

Дмитрий покраснел.

— Знаешь что? Если тебе так плохо со мной, могла бы выйти замуж за миллионера!

Он развернулся и захлопнул дверь спальни.

Катя осталась одна посреди кухни.

Ей хотелось ответить что-нибудь резкое, но она сдержалась. Последнее время любое замечание превращалось в скандал, а после каждой ссоры Дмитрий несколько дней ходил с видом глубоко оскорблённого человека.

Она включила музыку погромче и принялась готовить.

На столе появились разделочная доска, ножи, специи и миски с овощами. Катя замариновала мясо, приготовила салат, поставила в духовку картофель с сыром и занялась пирогом.

Постепенно раздражение отступило.

Запах запечённого мяса наполнил квартиру. Катя даже улыбнулась, представляя, как они вечером спокойно поужинают, посмотрят фильм и хотя бы один день проведут без выяснения отношений.

Когда основные блюда были почти готовы, в кухню вошёл Дмитрий.

Он выглядел уже спокойнее.

— Катюш, — тихо произнёс он.

Она продолжила нарезать зелень.

— Что?

Муж подошёл сзади и обнял её за плечи.

— Прости меня.

Катя немного напряглась, но не отстранилась.

— Я сегодня действительно погорячился, — продолжил Дмитрий. — Просто сам понимаешь, мне тяжело. Я привык работать, зарабатывать, чувствовать себя нужным. А сейчас всё как-то не получается.

— Дима, я понимаю.

— Правда. Я не хочу, чтобы мы постоянно ругались. Обещаю, что в ближайшее время найду работу. Может, даже на следующей неделе появятся варианты.

Катя повернулась к нему.

— Мне не нужны громкие обещания. Мне нужно видеть, что ты действительно стараешься.

— Я постараюсь.

Он поцеловал её в лоб.

Катя решила не продолжать разговор. Не хотелось портить вечер. Она надеялась, что муж действительно осознал ситуацию.

Именно в этот момент раздался звонок в дверь.

— Ты кого-то ждёшь? — спросила Катя.

Дмитрий сразу отвёл взгляд.

— Нет.

— Может, курьер?

— Не знаю. Открой.

Катя вытерла руки полотенцем и направилась в прихожую.

На пороге стояла Ирина Петровна, её свекровь.

Женщина была одета так, словно собиралась на важное мероприятие: новое пальто, аккуратная причёска, дорогая сумочка. В руках она держала небольшой пакет.

— Здравствуйте, Ирина Петровна! — удивилась Катя. — Какими судьбами?

— А что, теперь к сыну без приглашения нельзя прийти? — вместо приветствия ответила женщина.

— Конечно, можно. Просто вы обычно предупреждаете.

— Некогда было предупреждать. Я ненадолго.

Она прошла в квартиру, даже не дожидаясь приглашения.

— Дима дома?

— Да, сейчас позову.

— Не надо, я сама.

— Мам, привет! — Дмитрий появился из комнаты.

При виде матери он заметно оживился.

— Ой, сыночек! Как ты? Почему не звонишь? Я уже соскучилась.

Ирина Петровна обняла его, погладила по спине и поцеловала в щёку.

Катя тем временем вернулась на кухню.

— Я сейчас закончу готовить, — сказала она. — Проходите, присаживайтесь. Скоро ужин будет готов.

— Да-да, занимайся своими делами, — бросила свекровь.

Катя достала из духовки противень с ароматным мясом. Пирог уже подрумянился, картофель покрылся аппетитной сырной корочкой.

Она собиралась позвать всех к столу, когда услышала разговор в гостиной.

Сначала свекровь говорила тихо, но потом её голос стал громче.

— Сыночек, я ведь не просто так пришла. У меня к тебе серьёзный разговор.

— Что случилось, мам?

— Ничего страшного. Наоборот, хорошая новость. Я тут узнала, что твоя Катенька вчера аванс получила.

Катя остановилась.

Она решила, что ослышалась.

— Да, — ответил Дмитрий.

— Ну вот! А ты мне обещал новый сервант. Помнишь? Мы ещё в прошлый раз говорили, что старый совсем разваливается.

— Помню, мам.

— Так вот, я уже всё выбрала. Нашла прекрасный магазин. Там такие красивые модели! Я даже адрес записала. Вот, смотри.

Послышался шорох бумаги.

— Этот мне особенно понравился. Светлый, с зеркалами, очень современный. Правда, стоит недёшево, но зато вещь качественная. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама пользовалась какой-то развалиной?

— Конечно, не хочу.

— Вот и прекрасно. Я решила, что сама всё организую. Вы только деньги мне передайте. И желательно побольше, чтобы хватило на доставку и грузчиков. Не хочу потом ещё отдельно платить.

Катя медленно поставила противень на стол.

Внутри у неё словно что-то оборвалось.

Она прекрасно помнила, как вчера Дмитрий интересовался размером её аванса. Тогда он сказал, что им нужно обсудить семейные расходы.

Оказалось, что обсуждать собирались не расходы, а чужие деньги.

— Мам, ну ты же понимаешь, что у нас сейчас не самое простое положение, — неуверенно произнёс Дмитрий.

— Да какое положение? Твоя жена работает! Получила деньги! Или она тебе даже не помогает?

— Помогает, конечно.

— Тогда в чём проблема? Ты мужчина или кто? Неужели не можешь матери купить нормальную мебель?

— Я куплю.

— Вот и молодец. Я знала, что ты меня не подведёшь.

Катя стояла возле кухонной двери и слушала.

Ей было особенно неприятно не столько из-за просьбы свекрови, сколько из-за поведения мужа.

Всего несколько минут назад Дмитрий обнимал её, просил прощения и обещал найти работу. Он говорил, что хочет стать опорой семьи.

А теперь спокойно обсуждал, как распорядиться её заработком.

— А ещё, сынок, — продолжала Ирина Петровна, — я хотела бы, чтобы ты не говорил Кате заранее. Женщины иногда начинают считать каждую копейку. Потом приходится выслушивать всякие неприятные разговоры. Просто скажи, что это наше семейное дело.

Дмитрий молчал.

— Ты же понимаешь, что я для тебя всю жизнь старалась? Когда ты маленький был, я себе во всём отказывала. И теперь, когда мне нужна небольшая помощь, я должна просить разрешения у твоей жены?

— Нет, мам.

— Вот и прекрасно!

Катя почувствовала, как к лицу приливает кровь.

Она аккуратно вытерла руки, поправила волосы и вышла в гостиную.

— Какой интересный разговор, — произнесла она.

Оба резко повернулись.

Ирина Петровна на мгновение растерялась, но быстро вернула себе привычное выражение лица.

— Ой, Катенька! А мы тут с Димой разговариваем.

— Я заметила.

— Не подслушивала бы лучше. Некрасиво.

Катя посмотрела на неё спокойно.

— Вы разговариваете в моей гостиной настолько громко, что вас прекрасно слышно из кухни. Но давайте не будем отвлекаться. Я правильно поняла, что вы собираетесь купить сервант за счёт моего аванса?

Свекровь недовольно поджала губы.

— Ну и что тут такого? Ты ведь член семьи.

— Совершенно верно. Только я не припоминаю, чтобы давала согласие на такую покупку.

— Катя! — вмешался Дмитрий. — Не начинай.

Она перевела взгляд на мужа.

— Не начинай что? Задавать вопросы о собственных деньгах?

— Мама просто хочет мебель. Мы потом всё обсудим.

— Мы уже обсуждали сегодня, что у нас сложный период. Ты даже попросил прощения за то, что не помогаешь мне. И обещал найти работу.

— Я помню.

— А теперь я узнаю, что ты пообещал матери купить сервант на мои деньги.

Ирина Петровна демонстративно вздохнула.

— Господи, какая трагедия! Я всего лишь попросила сына о помощи. Неужели нельзя немного уважать старших?

— Уважать можно, Ирина Петровна. Но уважение не означает, что я должна оплачивать все ваши желания.

— Желания? Ты называешь новый сервант желанием? У меня старая мебель ещё с девяностых годов!

— Тогда, возможно, стоит накопить на новую.

— Ты прекрасно знаешь, что у меня пенсия небольшая!

— Знаю. Поэтому никто не предлагает вам покупать дорогую мебель.

Свекровь посмотрела на сына.

— Дима, ты слышишь, как она со мной разговаривает?

Дмитрий провёл рукой по лицу.

— Катя, ну правда. Неужели нельзя решить вопрос спокойно?

— Я как раз разговариваю спокойно.

— Но мама уже выбрала сервант.

— Это замечательно. Пусть оставит себе фотографию и продолжит выбирать. Только деньги мы ей не дадим.

— Мы? — переспросила Ирина Петровна. — Какие ещё мы? Ты получила аванс, значит, у тебя есть деньги.

Катя чуть улыбнулась.

— Именно. Я получила аванс. За свою работу. За те часы, которые провела в офисе, пока ваш сын сидел дома. За те задачи, которые выполняла, даже когда у меня не оставалось сил. И я сама решу, куда потратить заработанное.

— Вот оно что! — возмутилась свекровь. — Значит, теперь ты будешь попрекать моего сына тем, что он временно без работы?

— Я не попрекаю его. Я прошу быть партнёром, а не ещё одним человеком, которого мне приходится содержать.

— Как ты смеешь!

— Очень просто. Я живу в этой квартире и имею право говорить о том, что происходит в нашей семье.

Дмитрий поднялся с дивана.

— Катя, хватит! Мама пришла ко мне, а ты устраиваешь скандал.

— Тогда объясни мне одну вещь. Когда ты обещал ей сервант, ты собирался покупать его на какие деньги?

Он промолчал.

— На свои? На деньги, которые заработал? Или на мои?

— Я думал, мы как-нибудь договоримся.

— То есть ты уже распорядился моим авансом, даже не спросив меня?

— Я просто хотел помочь матери!

— А мне кто-нибудь собирался помочь?

В гостиной повисла тишина.

Катя подошла к журнальному столику, взяла свою сумку и достала телефон.

— Знаете, что меня больше всего удивляет? Не просьба Ирины Петровны. Она может просить что угодно. Это её право. Меня удивляет, что вы оба решили, будто моё согласие вообще не требуется.

Она открыла банковское приложение.

— Дима, ты вчера спрашивал, сколько я получила. Я сказала тебе точную сумму. Но ты забыл, что у меня есть собственные планы.

— Катя, не надо сейчас ничего делать, — нервно произнёс муж.

— Почему? Боишься, что я потрачу деньги?

— Ты всё неправильно понимаешь!

— Тогда давай я объясню, как понимаю ситуацию я.

Катя достала из сумки небольшой блокнот, в котором вела семейные расходы.

— Вот наши обязательные платежи на этот месяц. Коммунальные услуги, продукты, транспорт, лекарства, интернет. Вот сумма, которую я планировала отложить. А вот деньги, которые я хотела оставить на непредвиденные расходы.

Она положила блокнот на стол.

— И ни одной строки здесь нет про новый сервант для вашей мамы.

Ирина Петровна скрестила руки на груди.

— Я, между прочим, не просила тебя оплачивать всё полностью. Дима мог бы добавить свою часть.

Катя посмотрела на мужа.

— Прекрасно. Тогда пусть добавит.

— У меня сейчас нет денег, — тихо ответил Дмитрий.

— Я знаю. Именно поэтому я и не понимаю, почему ты обещаешь другим людям то, что не можешь выполнить самостоятельно.

— Я думал, что ты поможешь.

— Ты думал, что я буду работать за двоих, содержать наш дом и ещё финансировать покупки твоей мамы?

— Не надо так говорить!

— А как мне говорить? Красиво упаковать то, что происходит?

Свекровь поднялась.

— Всё, Дима. Я вижу, что разговаривать здесь бесполезно. Ты сам решай, кто тебе дороже — мать или жена.

Катя посмотрела на неё.

— Ирина Петровна, не нужно ставить сына перед таким выбором. Я не запрещаю ему помогать вам. Если он найдёт работу и захочет подарить вам сервант, я не стану ему мешать. Но это будут его заработанные деньги, а не мой аванс.

— Ты хочешь сказать, что Дима должен работать, чтобы помочь собственной матери?

— А разве это странно?

— Он мой сын!

— И мой муж. Но ни родство, ни брак не дают никому права распоряжаться чужими деньгами.

Дмитрий стоял возле окна и смотрел на улицу.

Катя видела, как он нервничает. Она понимала, что ему неприятно слышать всё это при матери. Но ещё неприятнее было осознавать, что муж, которого она поддерживала два месяца, даже не попытался защитить её интересы.

— Дима, скажи ей что-нибудь! — потребовала Ирина Петровна.

Он повернулся.

— Мам, может, действительно пока не будем покупать сервант?

Свекровь широко раскрыла глаза.

— Что?

— Я говорю, сейчас не самое подходящее время.

— Ты серьёзно? Ты же обещал!

— Я обещал, но не рассчитал свои возможности.

— А Катя тебе уже всё запретила?

— Мама, пожалуйста, не надо.

Ирина Петровна посмотрела на невестку с нескрываемой неприязнью.

— Вот видишь, чего ты добилась? Сделала из моего сына безвольного человека!

Катя не стала отвечать.

Она вдруг поняла, что больше не хочет оправдываться.

Вместо этого она достала из шкафа две тарелки, положила на них запечённое мясо и картофель, а затем поставила на стол салат.

— Ужин готов. Если хотите поесть, присаживайтесь.

— Мне уже ничего не нужно! — резко бросила свекровь.

Она схватила сумочку и направилась к выходу.

Дмитрий поспешил за ней.

— Мам, подожди. Я провожу тебя.

Катя осталась на кухне.

Через минуту входная дверь закрылась.

Она услышала приглушённые голоса в подъезде, но не стала прислушиваться.

Сняла фартук, налила себе воды и села за стол.

Мясо было приготовлено идеально. Картофель пах сыром и чесноком. На подоконнике стоял букет хризантем.

Всё было именно так, как она хотела.

Но настроение исчезло.

Через двадцать минут Дмитрий вернулся.

Он вошёл на кухню и остановился возле двери.

— Ты довольна?

Катя подняла глаза.

— Чем?

— Тем, что выставила мою мать чуть ли не попрошайкой?

— Я её не выставляла. Она сама ушла.

— Она плакала в подъезде.

Катя положила вилку.

— Дима, я не запрещала тебе помогать матери. Я только отказалась отдавать свои деньги.

— Она пожилой человек. Ей хочется нормальной мебели.

— Тогда помоги ей, когда сможешь.

— А если я не смогу?

— Значит, придётся отложить покупку.

Дмитрий сел напротив.

— Ты стала какой-то жёсткой.

Катя посмотрела на него внимательно.

— Знаешь, что произошло? Я просто устала быть удобной.

— В каком смысле?

— В прямом. Я всегда старалась учитывать твои чувства. Когда ты потерял работу, я не стала давить. Когда ты перестал помогать по дому, я пыталась объяснить, что мне тяжело. Когда твоя мама звонила и просила деньги, я старалась не вмешиваться. Я думала, что мы взрослые люди и сами разберёмся.

Она сделала паузу.

— Но сегодня я поняла, что вы оба почему-то решили: если я работаю, значит, мои деньги принадлежат всей семье. А если я отказываюсь их отдавать, значит, я плохая жена и плохая невестка.

— Никто так не говорил.

— Твоя мама буквально сказала, что ты должен взять у меня деньги. А ты сидел рядом и молчал.

Дмитрий опустил глаза.

— Я не хотел ссориться.

— А я хотела? Я тоже не хочу ссориться. Но почему для сохранения спокойствия всегда должна уступать я?

Он ничего не ответил.

Катя встала, убрала свою тарелку в раковину и начала накрывать оставшиеся блюда крышками.

— Я предлагаю договориться, — наконец произнёс Дмитрий.

— О чём?

— О деньгах. Будем вместе решать, сколько кому можно потратить.

— Я согласна. Но только если договор будет работать в обе стороны. Мы оба обсуждаем крупные покупки. Никто не обещает родственникам деньги, которых у нас нет. И никто не считает заработок другого человека своей собственностью.

— Хорошо.

— И ещё одно.

Дмитрий насторожился.

— Что?

— Я больше не собираюсь одна отвечать за весь дом. Пока ты не работаешь, ты можешь заниматься домашними делами. Это не унижение и не наказание. Это нормальный вклад в нашу общую жизнь.

— Ты хочешь, чтобы я теперь полы мыл?

— Если они грязные, да.

Он невольно усмехнулся.

— Катя, ты серьёзно?

— Абсолютно. Я не прошу тебя становиться домработницей. Я прошу быть взрослым человеком, который живёт не один.

Дмитрий задумался.

— Хорошо. Я понял.

Но Катя уже не спешила радоваться обещаниям.

Слишком часто она слышала подобные слова.

На следующее утро Дмитрий проснулся раньше жены.

Катя удивилась, когда, выйдя из спальни, увидела, что на кухне чисто, посуда вымыта, а мусор вынесен.

На столе стояла чашка кофе.

— Это ты? — спросила она.

— Нет, домовой, — усмехнулся Дмитрий.

Она улыбнулась.

— Спасибо.

— Я тут подумал. Ты права насчёт работы. Сегодня отправлю резюме в несколько компаний.

— Хорошо.

— И насчёт мамы тоже. Я не должен был обещать ей покупку за твой счёт.

Катя внимательно посмотрела на мужа.

— Ты ей это объяснил?

— Да. Позвонил утром.

— И что она сказала?

Дмитрий поморщился.

— Сначала обиделась. Потом начала говорить, что я изменился и стал подкаблучником.

— А ты?

— Сказал, что не собираюсь брать у тебя деньги без разрешения. Если захочу помочь, то сделаю это сам.

Катя почувствовала, как внутри немного отпускает напряжение.

— Это правильное решение.

— Только она теперь не хочет со мной разговаривать.

— Ей нужно время.

Дмитрий кивнул.

В тот день он действительно отправил несколько резюме. Потом убрал квартиру, сходил в магазин и приготовил ужин.

Катя не стала чрезмерно хвалить его за то, что он сделал обычные домашние дела. Но была рада, что муж наконец начал понимать: семья — это не соревнование за то, кто кому больше должен.

Через три дня Дмитрию позвонили из одной компании и пригласили на собеседование.

Он долго выбирал рубашку, несколько раз перечитывал описание вакансии и даже попросил Катю помочь подготовиться к вопросам.

— Видишь, всё постепенно налаживается, — сказала она.

— Надеюсь.

Собеседование прошло неплохо. Через неделю Дмитрий получил предложение о работе.

Зарплата была не такой высокой, как на прежнем месте, зато условия оказались стабильными. Он согласился.

Впервые за долгое время Катя увидела в муже прежнюю уверенность.

А через несколько дней снова позвонила Ирина Петровна.

— Дима, привет! Как дела?

— Нормально, мам. Работаю.

— Ну и хорошо. Слушай, я тут снова была в мебельном магазине.

Дмитрий сразу напрягся.

— И что?

— Сервант, который я выбрала, уже подорожал. Но продавец сказал, что можно заказать похожий дешевле. Ты же помнишь, что обещал?

— Мам, давай поговорим об этом позже.

— Почему позже? Ты ведь теперь работаешь!

— Работаю, но сначала хочу получить первую зарплату, разобраться с расходами и накопить немного денег.

— А Катя опять будет решать?

— Мам, Катя тут ни при чём. Я сам решаю, сколько могу потратить.

— Ты раньше таким не был.

— Раньше я многое делал неправильно.

Ирина Петровна замолчала.

— Значит, мне теперь на тебя рассчитывать нельзя?

— Можешь рассчитывать. Но не нужно планировать покупки за мой счёт, не спросив меня.

— Понятно. Жена тебя совсем изменила.

— Нет, мам. Просто я наконец начал отвечать за свои решения.

Он попрощался и положил телефон.

Катя, которая случайно услышала конец разговора, ничего не сказала.

Вечером Дмитрий сам предложил обсудить семейный бюджет.

Они сели за стол, открыли блокнот и записали обязательные расходы. Решили, какую сумму будут откладывать каждый месяц, сколько оставят на продукты, а сколько смогут тратить на личные желания.

— И ещё, — сказал Дмитрий, — я хочу, чтобы у тебя всегда оставались собственные деньги. Не нужно отчитываться за каждую покупку.

Катя улыбнулась.

— Это касается и тебя.

— Договорились.

Через месяц они получили первую совместную зарплату в новом режиме.

Дмитрий отложил деньги на семейные расходы, часть положил на накопительный счёт, а небольшую сумму оставил для себя.

И только после этого позвонил матери.

— Мам, я решил сделать тебе подарок на день рождения.

Ирина Петровна сразу оживилась.

— Правда? Какой?

— Пока не скажу. Но хочу, чтобы ты сама выбрала мебель в пределах определённой суммы. Я помогу оплатить покупку.

— А Катя согласна?

Дмитрий улыбнулся.

— Мам, я уже взрослый человек. Мне не нужно получать разрешение на подарок, если я заранее выполнил свои семейные обязательства и трачу собственные деньги.

— Ну хорошо, — неуверенно ответила женщина.

Через несколько дней они действительно отправились в мебельный магазин.

Катя не поехала. Она решила, что это личное дело мужа и его матери.

Ирина Петровна выбрала небольшой аккуратный сервант. Он оказался значительно дешевле первого варианта, но выглядел красиво и хорошо подходил к её комнате.

Когда мебель привезли, женщина позвонила сыну.

— Димочка, спасибо тебе! Очень красивый сервант. Я даже не думала, что ты так быстро всё организуешь.

— Рад, что тебе понравилось, мам.

— И Катю поблагодари. Она, наверное, тоже помогла.

— Это мой подарок, мам. Но Катя действительно была рада за тебя.

Впервые за долгое время Ирина Петровна не стала спорить.

Вечером Дмитрий вернулся домой с небольшим букетом цветов.

— Это тебе, — сказал он, протягивая их жене.

Катя удивлённо посмотрела на него.

— Что случилось?

— Ничего. Просто захотелось.

Она поставила цветы в вазу.

— Спасибо.

— Знаешь, я тут понял одну вещь.

— Какую?

— Когда я потерял работу, мне казалось, что я потерял своё место в семье. Я чувствовал себя ненужным и поэтому злился на тебя, когда ты просила о помощи.

Катя молча слушала.

— А мама привыкла, что я всегда стараюсь выполнить её просьбы. Я хотел показать ей, что всё ещё могу быть хорошим сыном. Только почему-то решил сделать это за твой счёт.

— Теперь ты понимаешь, что это было неправильно?

— Да. И мне стыдно.

Катя подошла к нему и обняла.

— Я никогда не требовала от тебя идеальности, Дима. Я просто хотела, чтобы мы были командой.

— Я знаю.

Он поцеловал её.

— И обещаю, что больше не буду давать обещания за чужой счёт.

Катя улыбнулась.

— Вот это уже хорошее обещание.

В тот вечер они снова ужинали вместе. На столе стоял пирог, который Катя приготовила ещё в тот самый день, когда пришла свекровь. Дмитрий даже попросил добавки.

А спустя несколько недель Ирина Петровна впервые пришла к ним в гости с небольшим подарком для невестки.

— Катенька, это тебе, — сказала она, протягивая красивую коробочку.

Катя удивилась.

— Что это?

— Небольшой подарок. Я тут увидела в магазине и подумала, что тебе понравится.

В коробке оказалась изящная брошь.

— Спасибо, очень красиво.

Ирина Петровна немного помялась, затем произнесла:

— Слушай, я тогда, наверное, действительно погорячилась с этим сервантом. Просто привыкла, что Дима мне помогает. Не подумала, что у вас тоже свои расходы.

Катя посмотрела на свекровь.

— Ничего страшного. Главное, чтобы мы друг друга слышали.

— Ну да. А сервант теперь стоит прекрасно. Даже соседки приходили смотреть.

Все трое рассмеялись.

Катя не забыла тот неприятный вечер, когда узнала, что её аванс уже мысленно потратили без неё. Но она больше не возвращалась к этой истории и не пыталась доказать, кто тогда был прав.

Она сделала для себя гораздо более важный вывод: доброта не должна превращаться в обязанность, а любовь не означает отказ от собственных границ.

Можно помогать родителям, поддерживать мужа, заботиться о близких и при этом не позволять никому распоряжаться твоей жизнью.

Ведь настоящая семья начинается не с дорогой мебели, не с громких обещаний и даже не с общих денег.

Она начинается с уважения.

И если человек действительно любит тебя, ему не придётся напоминать, что твой труд, твои усилия и твои деньги тоже заслуживают уважения.

А тот самый сервант Ирины Петровны теперь стоял у неё в гостиной. Каждый раз, когда свекровь рассказывала знакомым, как сын сделал ей такой замечательный подарок, она уже не забывала добавлять:

— Дима сам заработал. Теперь у них с Катей всё по-честному. Так и должно быть.

И, пожалуй, это было самое ценное изменение во всей этой истории.